Общее в фольклоре народов древних славян. Народное творчество

Подписаться
Вступай в сообщество «parkvak.ru»!
ВКонтакте:

Практически до наших дней дошли некоторые заговоры и заклинания, пословицы и поговорки, загадки, часто хранящие следы древних магических представлений, обрядовые песни, связанные с языческим земледельческим календарем, свадебные песни и похоронные плачи. С далеким языческим прошлым связано и происхождение сказок, ведь сказки являются отголосками мифов, где, например, многочисленные обязательные испытания героев - следы древних обрядов инициации. А такой знаменитый образ русских сказок, как Баба-Яга - это персонаж древнейших верований в природное женское начало, являющееся, с одной стороны - добрым помощником в земных делах сказочных героев (отсюда та помощь, которую получают сказочные персонажи от Бабы-Яги), а с другой - злой колдуньей, старающейся вредить людям.

Особое место в фольклоре занимали былины, создававшиеся всем народом. Переходя из уст в уста, они подвергались пере толкованиям, часто по-разному понимались разными людьми. Наибольшей известностью пользуются былины киевского цикла, связанные с Киевом, с князем Владимиром Красное Солнышко, тремя богатырями. Они начали складываться в X-XI вв., и в них очень хорошо отразился феномен двоеверия, сочетания старых языческих представлений с новыми христианскими формами. Образы и сюжеты былин продолжали питать русскую словесность на протяжении многих последующих веков.

К концу языческого периода уровень развития древнерусской культуры был настолько высок, что она уже не могла существовать без письменности. До сих пор считалось, что славяне не знали письменности до появления кириллицы. Однако сегодня некоторые историки и лингвисты считают, что помимо греческой, славяне имели свою оригинальную систему письма: так называемую узелковую письменность. Знаки ее не записывались, а передавались с помощью узелков, завязанных на нитях, которые заматывались в книги-клубки. Память об этом узелковом письме сохранилась в нашем языке и фольклоре. Мы до сих пор завязываем «узелки на память», говорим о «нити повествования», «хитросплетении сюжета».

В древних культурах других народов узелковая письменность была распространена достаточно широко. Узелковым письмом пользовались древние инки и ирокезы, оно также было известно в Древнем Китае. Финны, угры, карелы, издревле совместно проживавшие со славянами на северных территориях Руси, имели узелковую письменность, упоминание о которой сохранилось в карело- финском эпосе «Калевала». В древнеславянской культуре следы узелковой письменности можно найти на стенах храмов эпохи «двоеверия», когда христианские святилища украшались не только ликами святых, но и орнаментальными узорами.

Если узелковая языческая письменность у древних славян существовала, то она была очень сложна. Доступная лишь избранным - жрецам и высшей знати, она являлась священным письмом. По мере распространения христианства и угасания древней культуры славян вместе с жрецами-волхвами погибло и узелковое письмо. Очевидно, что узелковая письменность не могла соперничать с более простой и логически совершенной системой письма, основанной на кириллице.

Культовые сооружения отличаются пластичностью форм, в них ощущается умиротворенность и незыблемость. Постройки своими масштабами соизмеримы с размерами человека. В Древней Руси в качестве строительного материала широко использовали дерево. Древнерусское зодчество развивается в течение восьми веков, до конца XVII столетия. В произведениях, создаваемых в разные исторически периоды, прослеживается эволюция художественных приемов и черт. Самыми распространенными формами культовых деревянных сооружений Древней Руси были клетские и шатровые церкви. Клетские церкви во многом похожи на жилые строения. Они состоят из нескольких прирубленных друг к другу клетей. В церкви имелись: алтарь, моленный зал, трапезная, придел, притвор, паперть и колокольня. Храмы, как правило, строились на высоких подцерковьях, поэтому особое внимание уделялось крыльцам-всходам и галереям-гульбищ, которые украшались резьбой и раскрашивались разными цветами. Клетские церкви с причудливыми главками выделялись среди прочих построек городов и сел своими украшениями и живописностью.

Начиная с XI века в строительстве используют камень, который активно применяется в следующие века. В каменном культовом зодчестве сроятся храмы кубического типа. Внутри храма параллельно расположены нефы (прямоугольные в плане продолговатые помещения, покрытые сводами) со столбами, на которые опираются своды и купола. Число куполов в церквях варьировалось от одного до пяти. Несмотря на то, что конструкции культовых сооружений весьма схожи, зато размеры, объемы форм и декоративные рисунки церквей различаются. Постройки, созданные до XIV века, отличаются соответствием внутренних структур и внешних форм

Зримое воплощение церковного символизма – православный храм, который представляет собой наиболее «открытую», осознанную, продуманную систему смыслов. Православный храм заключает в себе сложный, неисчерпаемый в своей обозримости символ. Исследователи В. Бобков и Е. Шевцов полагают, что поскольку «опыт религиозного сознания, по сути, есть акт откровения, идущий не снизу (от субъекта), но данный сверху – от Бога, то есть до конца непознаваемый и неописуемый, постольку онтологическим фундаментом православия является символизм» . Поэтому, говоря о христианской символике, следует отметить, что понимание ее вне Церкви невозможно в принципе.

Соответственно, человек, желающий плотнее приобщиться к древнему преданию и традициям, должен, глядя на земное в сооружении храма, стараться видеть в нем небесное. Для этого у человека есть множество возможностей.

Архитектура, как и каждый вид искусства, имеет присущий ей профессиональный язык – язык архитектурных форм, неразрывно связанный с мировоззрением человека, с его духовным устроением. Именно поэтому смысл и значение архитектурных форм христианского храма можно уяснить, рассматривая храм в его идее – как плод домостроительства Божия на основании предания, бережно хранимого Церковью.

Как уже отмечалось выше, христианский храм – сложный символ, под видом земного приоткрывающий нам неизвестное Горнее. Расположение храма, его архитектура, убранство, система росписи символически выражают то, что непосредственно изобразить невозможно.

Таким образом, пребывание в храме суть важнейшая сторона сложной духовной работы, это форма духовного развития, это путь через видимое – к невидимому. В храме все подчинено единой цели, храм – это путь к обожению, это священное место, где члены Церкви приобщаются Божественной жизни в таинствах. Поэтому храм – частица грядущего Царствия Божия, предвосхищающая Его пришествие. Одновременно храм – это образ всего Божественного Царства, к которому Церковь ведет весь мир. И, наконец, храм – это мир, вселенная, смысл которой придает соучастие в деле Спасения.

Символика храма, таким образом, есть выражение литургической жизни Церкви, важнейшей стороны церковного предания. Общение с Богом, возрождение для новой жизни, «нового неба» и «новой земли», осуществляется, прежде всего, в таинстве евхаристии, происходящем в храме. Именно поэтому храм – «дом Господень» – отличен от всякого другого здания.

Основные принципы архитектуры храма, его внутреннего устройства и росписи передаются в церковном предании, которое восходит не только к апостолам, но и к закону Ветхого Завета. Уже с IV в. символика храма начинает подробно разъясняться (см. «Историю Церкви» Евсевия). Детальное раскрытие символика храма получает в IV–VIII вв. в трудах святых отцов – творцов канонов: Максима Исповедника, Софрония, Германа, Андрея Критского, Иоанна Дамаскина, Симеона Солунского.

Символика христианского храма раскрывалась постепенно. Ветхозаветная скиния, прообраз христианского храма, воплощала в своем устройстве идею всего мира. Она была построена по образу, увиденному Моисеем на горе Синай. Бог как бы дал не только общий ее план, но и определил все ее устройство. Вот описание скинии, сделанное Иосифом Флавием: «Внутренность скинии разделена была в длину на три части. Сие троечастное разделение скинии представляло некоторым образом вид всего мира: ибо третья часть, между четырьмя столбами находившаяся и неприступная самим священникам, означала некоторым образом Небо, Богу посвященное; пространство же на двадесять локтей, как бы землю и море представляющее, над которыми свободный путь имеют люди, определялось для одних священников» (Иудейские древности, кн. III, гл. 6). Третья часть соответствовала подземному царству, шеолу – области умерших. Символика ветхозаветной Церкви выражала предощущение прихода Спасителя, поэтому ни скиния, ни храм Соломона, который был построен по ее образу, не могли выразить идею Церкви во всей полноте. Целостное значение храм приобретает лишь с пришествием в мир Спасителя, с наступлением христианской эпохи.

О символике первохристианских храмов известно немного. С появлением ересей возникает необходимость теоретически сформулировать догматические истины вероучения и символическую сторону богослужения.

Вопрос 21Древнейшие на Руси иконы сохранились в Великом Новгороде.

Из Софийского собора происходят несколько огромных икон, входивших в древнейшее убранство храма. Икона «Спас Златая риза», изображающая Христа на троне в золотых одеждах, находится в настоящее время в Успенском соборе Москвы, но на ней сохранилась только живопись XVII века. Гораздо лучше сохранилась икона апостолов Петра и Павла, хранящаяся в Новгородском музее вместе со своим древним окладом. Необычным для византийского искусства является гигантский размер икон, предназначенных для огромного храма. Ещё одна икона, находящаяся в Успенском соборе Москвы - двусторонняя, с образом Богоматери Одигитрии и великомученика Георгия (см. Святой Георгий (икона Успенского собора Московского Кремля)). Она могла быть привезена из Новгорода (или из Киева). Отлично сохранилось изображение Георгия, имеющее черты аскетического стиля XI века (изображение Богоматери поновлено в XIV веке) .

Иконопись Владимиро-Суздальского княжества выделяется особняком. Расцвет его культуры связан с Андреем Боголюбским.

В 1155 году Андрей Боголюбский уехал из Вышгорода, забрав с собой почитаемую икону Богоматери, и обосновался воВладимире на Клязьме. Привезенная им икона, получившая название Владимирской, стала палладиумом княжества, а впоследствии и всей России. Прекрасный по проникновенности и классичности византийский образ послужил своего рода мерой художественного качества для работавших здесь иконописцев.

Роскошные белокаменные храмы Андрея Боголюбского и правившего за ним его брата Всеволода расписывали лучшие мастера. Возможно, из Фессалоник, где Всеволод провел свою юность, были приглашены художники, расписавшие Успенский собор и построенный недалеко от него Дмитровский собор, освящённый в честь небесного патрона Всеволода - великомученикаДимитрия Солунского. Здесь хранилась привезенная гробная доска святого Димитрия, на которой была написана его икона (в настоящее время в Успенском соборе Московского Кремля с живописью XVII века) .

Икона Богоматери Боголюбская была заказана князем Андреем для своего дворцового храма в Боголюбове. На ней Богородица представлена в рост в развороте, молящейся ко Христу. Живопись иконы сильно пострадала за время своего существования. В настоящее время икона хранится в соборе Княгинина монастыря во Владимире.

К владимирской иконописи относятся две иконы, хранящиеся в Успенском соборе Москвы.

На первой изображено явление архангела Михаила Иисусу Навину. Предание связывает икону с московским князем Михаилом Хоробритом (1238-1248 гг.), но стиль иконы относится к рубежу XII-XIII вв.

Вторая икона - «Спас Златые власы» - оплечное изображение Спасителя. Икона также написана на рубеже веков и относится к княжеской придворной культуре. Её автор - иконописец ориентированный на классику - одновременно с этим окружил лик Христа золотыми украшениями. Золото волос усиливает декоративный мотив в иконе.

Две горизонтальные иконы первоначально входили в состав алтарных преград неизвестных храмов (находились в Успенском соборе Москвы, сейчас в ГТГ).

Спас Эммануил с ангелами. Конец XII века. ГТГ.

На одной из них представлен оплечно Спас Эммануил с двумя архангелами. Изображение юного Христа исполнено Божественного величия и силы. Здесь Он изображен как Жертва, предвечно уготованная для спасения людей. Лики поклоняющихся архангелов выражают тихую скорбь. Глубокий сосредоточенный строй образов с тонкими оттенками чувств прекрасно передан средствами позднего комниновского стиля .

Вторая икона представляет собой оплечный деисус. В изображениях Христа, Богоматери и Иоанна Предтечи проявились черты свойственные уже началу XIII века - укрупнен ритм, обобщены детали, силуэты приобрели плавность, а образы особую задушевность .

Вопрос 22Важнейшей отличительной чертой философии эпохи Возрождения оказывается его ориентация на человека. Если в центре внимания древних философов был животворящий Космос, в средние века - Бог, те в эпоху Возрождения - человек.

Возникают и новые философские направления - деизм и пантеизм. Деизм отвергал идею личного Бога и его повседневное вмешательство в жизнь природы и общества. Деизм рассматривал Бога лишь как первопричину, как творца мира, то есть безличное начало, сообщившее миру его законы, которые после творения действуют самостоятельно. Многие из деистов основывали свом представления о мире на новых отраслях естествознания, отстаивали независимость науки от религии. Деизм давал возможность, прикрываясь признанием Бога, рассматривать закономерности природы и общества вне Божественной предопределенности.

В пантеизме Бог и мир отождествлялись. Одним из первых к пантеизму подошел Николай Кузанский. Рассматривая Бога как бесконечный максимум и приближая его к природе как ограниченному максимуму, он сформулировал идею бесконечности Вселенной. Пантеизм лег в основу большинства натурфилософских учений, противостоящих религиозному учению о сотворении мира Богом из ничего. В учении пантеистов Бог, оставаясь бесконечным и незримым Абсолютом, все более сливался с природой, пока не стал по существу ее псевдонимом. У Дж. Бруно есть тезис: «... природа... есть не что иное, как Бог в вещах». Все это свидетельствует о том, что к XVII в. сформировалось сознание, существенно отличное от античного. Если для древнегреческой философии завершенное и целое - прекраснее незавершенного, то для философа эпохи Возрождения движение и становление - предпочтительнее неподвижно-неизменного бытия.

Это позволило человеку, как никогда почувствовать силу и власть лад всем сущим, совершенствоваться и развиваться, ему не нужна теперь милость Бога, без которой он, по учению церкви, не мог существовать. Он теперь сам творец. Поэтому в эпоху Возрождения всякая деятельность воспринималась иначе, чем в эпоху раннего средневековья, и даже в эпоху античности.

Инженер и художник - это уже не просто «техник» и «искусник», каким он был для античности и средних веков, теперь он действительный творец. В творениях Бога, то есть природных вещах, он стремится увидеть закон их построения, выразить его в научных знаниях. Так, Николай Коперник разрушил важнейший принцип аристотелевской физики и космологии, обосновав гелиоцентрическую систему мира, по которой, во-первых, Земля вращается вокруг своей оси, чем объясняется смена дня и ночи, а также движение звездного неба; во-вторых, Земля вращается вокруг Солнца, помещенного Н.Коперником в центр мира; в-третьих, Космос бесконечен, неизменен и безграничен.

Таким образом, зародившись 2500 лет тому назад, философская мысль постоянно развивается и совершенствуется, переживая периоды подъемам падения, стремится выработать знание об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру и месте в нем человека. Будучи обусловленной социальной действительностью, философия активно влияет на общественное бытие, способствует формированию новых идеалов и культурных ценностей. XVII в. открывает следующий период в развитии философии, который принято называть философией Нового времени.

Вопрос 23С XV в. начинается переходная в истории Западной Европы эпоха – эпоха Возрождения, создавшая свою блестящую культуру. Важнейшим условием расцвета культуры в эпоху Возрождения явился слом диктатуры церкви.

Антропоцентризм – учение, согласно которому человек является центром Вселенной и целью всех совершающихся в мире событий.

Гуманизм – разновидность антропоцентризма, воззрения, признающие ценность человека как личности, его права на свободу и счастье.

Светские интересы, полнокровная земная жизнь человека были противопоставлены феодальному аскетизму:

Петрарка, который собирал древние рукописи, призывает «исцелить кровавые раны» своей родной Италии, попираемой сапогом иностранных солдат и раздираемой враждой феодальных тиранов;

Боккаччо высмеивает в своем «Декамероне» развратное духовенство, тунеядствующее дворянство и прославляет пытливый разум, стремление к удовольствиям и кипучую энергию горожан;

Эразм Роттердамский в сатире «Похвала Глупости» и Рабле в романе «Гаргантюа и Пантагрюэль» выражают гуманизм и неприемлемость старой средневековой идеологии.

Огромное влияние на развитие идей гуманизма также оказали: Леонардо да Винчи (его произведения живописи, скульптуры и архитектуры, работы по математике, биологии, геологии, анатомии посвящены человеку, его величию); Микеланджело Буонарроти (в его полотне «Оплакивание Христа», в росписи свода Сикстинской капеллы в Ватикане, в статуе «Давид» утверждается физическая и духовная красота человека, его безграничные творческие возможности).

Философия эпохи Возрождения наполнена признанием ценности человека как личности, его права на свободное развитие и проявление своих способностей.

Этапы развития гуманизма:

– светское свободомыслие, которое противостоит средневековой схоластике и духовному господству церкви;

– ценностно-моральный акцент философии и литературы.

Появилась новая культура и философия в Италии, затем охватив и ряд стран Европы: Францию, Германию и др.

Основные черты философии эпохи Возрождения:

– отрицание «книжной мудрости» и схоластических словопрений на основе исследования самой природы;

– использование материалистических произведений философов Античности (Демокрита, Эпикура);

– тесная связь с естествознанием;

– исследование проблемы человека, превращение философии в антропоцентрическую по своей направленности.

Никколо Макиавелли (1469–1527) – один из первых социальных философов эпохи Возрождения, отвергших теократическую концепцию государства.

Он обосновал необходимость светского государства, доказав, что побудительными мотивами деятельности людей является эгоизм, материальный интерес. Зло человеческой природы, стремление к обогащению любыми способами выявляют необходимость обуздания человеческих инстинктов с помощью особой силы – государства.

Необходимый порядок в обществе создает юридическое мировоззрение людей, которое не может воспитать церковь, а только государство, вот основная идея Никколо Макиавелли.

Вопросы, которые рассматривает Макиавелли:

– «Что лучше: внушать любовь или страх?»

– «Как государи должны держать слово?»

– «Каким образом избегать ненависти и презрения?»

– «Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали?»

– «Как избежать льстецов?» и др.

Престиж эпохи Возрождения связан с понятием гуманизма. Примерно с XIXвека и до наших дней гуманизм – один из наиболее распространённых терминов, применяемых для обозначения различных морально-социальных характеристик человечества. Но само это слово и главные явления, им обобщаемые, восходят опять же к этой эпохе (итал. слова «humanista», «manista» впервые зафиксированы в документах концаXV). Причём итальянские гуманисты слово «humanitas» (человечность) заимствовали у Цицерона (Iвек до н.э.), который в своё время стремился подчеркнуть, что понятие человечность как важнейший результат культуры, выработанной в древнегреческих полисах, привилось и на римской почве.

В совершенствовании духовной природы человека основная роль отводилась комплексу дисциплин, состоящему из грамматики, риторики, поэзии, истории, этики. Именно эти дисциплины стали теоретической базой ренессансной культуры и получили название «studia humanitatis» (гуманитарные дисциплины). Родоначальником гуманизма единодушно считается поэт и философ Франческа Петрарка (1304-1374). В его творчестве - начало многих путей, которыми шло развитие ренессансной культуры в Италии. В трактате «О невежестве собственном и многих других» он решительно отвергает присущую Средневековью схоластическую ученость, по отношению к которой демонстративно провозглашает свое якобы невежество, ибо считает такую ученость совершенно бесполезной дня человека его времени.

В упомянутом трактате проявляется принципиально новый подход к оценке античного наследия. По убеждению Петрарки, прийти к новому расцвету литературы, искусства, науки позволит не слепое подражание мыслям замечательных предшественников, а стремление подняться до высот античной культуры и в то же время переосмыслить и в чем-то превзойти ее. Эта линия, намеченная Петраркой, стала ведущей в отношении гуманизма к античному наследию. Первый гуманист считал, что содержанием подлинной философии должны стать науки о человеке, и во всем его творчестве звучит призыв переориентировать философию на этот достойный объект познания.

Своими рассуждениями Петрарка заложил основу формирования личностного самосознания эпохи Возрождения. В разные эпохи личность осознает себя по-разному. Средневековый человек воспринимался тем ценнее как личность, чем более его поведение соответствовало нормам, принятым в корпорации. Он утверждал себя через максимально деятельное включение в социальную группу, в корпорацию, в богоустановленный порядок - такова общественная доблесть, требовавшаяся от индивида. Человек эпохи Возрождения постепенно отказывается от универсальных средневековых понятий, обращаясь к конкретному, индивидуальному. Гуманисты вырабатывают новый подход к пониманию человека, в котором огромную роль играет понятие деятельности. Ценность человеческой личности для них определяется не происхождением или социальной принадлежностью, а личными заслугами и плодотворностью ее деятельности. Ярким воплощением этого подхода может служить, например, разносторонняя деятельность известного гуманиста Леона Батиста Альберта (1404-1472). Он был архитектором, живописцем, автором трактатов об искусстве, сформулировал принципы живописной композиции - равновесия и симметрии цвета, жестов и поз персонажей. По мнению Альберта, человек способен одержать верх над превратностями судьбы лишь собственной активностью. «Легко побеждает тот, кто не желает быть побежденным. Терпит иго судьбы тот, кто привык подчиняться».

Вопрос 24 Социальная действительность воспринималась человеком как нечто неустойчивое, несправедливое, безнадежное, изменчивое. Вот это чувство времени, изменяемости, текучести составляет очень характер­ную черту мироощущения наступившей эпохи. «Весь мир - это вечные качели", - говорит теперь Мишель Монтень. - Даже устойчивость - и она не что иное, как ослабленное и замедленное качание». Все это способствует формированию трагического восприятия жизни и мира, с небывалой остротой пронизывающее идеи Б.Паскаля, знаменитого фран­цузского философа и физика. В его творчестве одной из главных тем горестных раздумий становится тема жизни и смерти. Он рисует трагическую картину человеческой жизни, в которой узники в цепях, осужденные на смерть, ежедневно один за другим умерщвляются на глазах у других, ожидающих своей очереди.

Экономика и культура средневековой Европы на первых этапах развития феодализма отставала от рано расцветших могучих культур Востока (Византия, Арабский Восток, Китай, Индия, Средняя Азия). В дальнейшем, однако, именно в Европе впервые созрели предпосылки к переходу от феодализма к капитализму, то есть к новой, более высокой общественно-истори-ческой формации. Эти новые общественные отношения сложились еще в недрах европейского феодального общества в торгово-ремесленных городах – городских коммунах.

Именно тот факт, что в некоторых экономически наиболее развитых областях средневековой Европы города приобрели политическую самостоятельность, облегчил зарождение в них ранне-капиталистических отношений. На этой основе и возникла открыто враждебная старой феодальной культуре новая культура, названная культурой Возрождения (Ринашименто – на итальянском, Ренессанс – на французском языке). Таким образом, первая антифеодальная в истории человечества культура возникла в ставших на путь капиталистического развития независимых городах-государствах, спорадически вкрапленных в массив Европейского континента, который находился в целом еще на стадии феодализма.

Ренессанс передал XVII столетию "дух вольнодумства", получивший свое развитие в самых разнообразных формах. В светских кругах было много "поклонников" эпикурейской этики в противовес религиозным нормам морали. Распространен был также религиозный индифферентизм. Ученый монах М.Мерсен сетовал на "великое множество безбожников" в Париже. В ожесточенной борьбе с Реформацией католическая церковь широко использовала инквизицию, а также способствовала созданию специального Ордена Иисуса (иезуитов) для надзора за "чистотой веры" и борьбы с ересью. Начало ХVII столетия было зловеще озарено костром на Площади Цветов в Риме, на котором был сожжен Джордано Бруно. В Тулузе на костре погиб философ - пантеист и вольнодумец Джулио Ванини. Позже иезуиты организовали позорный процесс над престарелым Галилеем. Сжигали инакомыслящих католики, то же самое делали протестанты. Так по распоряжению Кальвина был сожжен на костре испанский мыслитель и врач Мигель Сервет. Костры горели по всей Европе. С их помощью пытались уничтожить свободу мысли, светскую культуру, научный прогресс.

ХVII век принял от Ренессанса и идеалы гуманизма. Но "оптимистический гуманизм" Возрождения теперь превратился скорее в "траги­ческий гуманизм". Разлад между идеалами гуманизма и суровыми, мало зависящими от воли индивидуума законами общества стал очевиден.

Вопрос 25XVIII столетие стаю временем бурного развитиянауки. В этот период завершается начавшаяся ранее научная революция, и наука - имея в виду естествознание - достигает своей классической формы. Основные признаки и критерии такой науки сводятся к следующим: объективность знания, опытность его происхождения, исключение из него всего субъективного. Наука приобретает невиданный общественный престиж. Вместе с философией ома предстает как единственно адекватное воплощение разума.

Необычайно возросший авторитет науки приводит к тому, что уже в XVIII в. возникают первые формысциентизма . который ставит науку на место религии, абсолютизирует и обожествляет роль и значение науки. На его основе формируется также так называемый сциентистский утопизм, согласно которому законы общества могут становиться совершенно «прозрачными», целиком познанными; а политика - основываться на строю научных законах, ничем не отличающихся от законов природы. К таким взглядам, в частности, склонялся Дидро, который смотрел на общество и человека через призму естествознания и законов природы. При таком подходе человек перестает быть субъектом познания и действия, лишается свободы и отождествляется с обычным объектом или машиной.

Весьма успешно развивается такжехудожественная культура, где наблюдается гораздо больше преемственности. Искусство XVIII в. выступает во многом прямым продолжением века предыдущего. Основными стилями по-прежнему остаются классицизм и барокко. В то же время наблюдается внутренняя дифференциация искусства, его дробление на растущее число тенденций и направлений, которые выглядят не очень четкими, размытыми. Возникают новые стили, в частности,рококо исентиментализм.

В целом искусство XVIII в. - по сравнению с предыдущим - представляется менее глубоким и возвышенным, оно предстает более легким, воздушным и поверхностным. Оно демонстрирует ироническое и скептическое отношение к тому, что ранее считалось благородным, избранным и возвышенным. В нем заметно усиливаются эпикурейское начало, тяга к гедонизму, дух удовольствия и наслаждения. Вместе с тем искусство становится более естественным, ближе к реальной действительности. Более того, оно все больше вторгается в социальную жизнь, борьбу и политику, становится ангажированным.

Классицизм представляет в первую очередь французский художникЖ.-Л. Давид (1748-1825). В его творчестве нашли отражение большие исторические события, тема гражданского долга. Известная его картина «Клятва Горациев» звучит как призыв к борьбе против абсолютизма. Это произведение отличается строгой композицией, четким ритмом, ярким и сочным колоритом. Другое его полотно - «Смерть Марата» - посвящено Великой французской революции, в которой Давид принял активное участие. Здесь, напротив, господствует подчеркнутая лаконичность, аскетизм живописных средств. Грандиозным полотном на историческую тему стала картина «Коронация Наполеона I».

Барокко XVIII в. не дало фигур, равных по масштабу и значимости Рубенсу. Будучи «большим стилем» эпохи абсолютизма, оно постепенно утрачивает свое влияние, и к середине XVIII в. его все больше теснит стиль рококо, который иногда называют выродившимся барокко.

Наибольшее распространениерококо получило во Франции. Одним из самых известных его представителей является художник О.Фрагонар (1732-1806). Он продолжает линию Рубенса, что находит проявление в его чувственном восприятии цвета и особом внимании к красоте женской плоти, волнующим телесным формам. Ярким примером в этом плане является картина«Купальщицы», выражающая настоящий апофеоз жизни, чувственной радости и наслаждения. В го же время изображаемые Фрагонаром плоть и формы предстают как бы бестелесными, воздушными и даже эфемерными. В его произведениях на передний план выходят виртуозность, изящество, изысканность, световые и воздушные эффекты. Именно в таком духе написана картина «Качели».

Сентиментализм , возникший во второй половине XVIII в., явился первой оппозицией просветительскому обожествлению разума. Он противопоставил разуму культ естественного чувства. Одним из основателей и главных фигур сентиментализма стат Ж.-Ж.Руссо. Ему принадлежит известное высказывание: «Разум может ошибаться. чувство - никогда!». В своих произведениях - «Юлия, или Новая Элоиза», «Исповедь» и др. - он изображает жизнь и заботы простых людей, их чувства и мысли, воспевает природу, критически оценивает городскую жизнь, идеализирует патриархальный крестьянский быт.

Самые великие художники XVIII в. выходят за стилевые рамки. К ним относятся прежде всего французский художник А.Ватто (1684-1721) и испанский живописецФ. Гойя (1746-1828).

Творчество Ватто находится ближе всего к стилю рококо. Поэтому его иногда называют гением эпохи рококо. В то же время в его произведениях ощущается влияние Рубенса и Ван Дейка, Пуссена и Тициана. Он по праву считается предшественником романтизма и первым великим романтиком в живописи. Ж. Ко кто сравнивает Ватгос Моцартом. Все это делает творчество французского художника исключительно сложным и многозначным.

Главными темами его произведений являются природа и женщина, любовь и музыка. Ватто стал одним из самых великих живописцев человеческой души, ее неизмеримых глубин и тончайших переливов. Он создал удивительно музыкальную живопись, как бы вибрирующую и пульсирующую. Она отмечена яркой театральностью. В ней сочетаются реальное и воображаемое, серьезное и смешное, радость и грусть. В картине «Утренний туалет» Ватто изобразил чудесную обнаженную девушку. Полотно «Пьеро» посвящено итальянскому комедианту. Самым знаменитым произведением художника считается картина «Паломничество на остров Киферу».

Особо необходимо выделитьмузыкальное искусство, переживающее в XVIII в. невиданный подъем и расцвет. Если XVII в. считается веком театра, то XVIII в. по праву можно назвать веком музыки. Ее общественный престиж возрастает настолько, что она выходит на первое место среди искусств, вытеснив оттуда живопись.

Музыку XVIII в. представляют такие имена, как Ф. Гайдн, К. Глюк, Г. Гендель. Из числа великих композиторов пристального внимания заслуживают И.С. Бах (1685-1750) и В.А. Моцарт (1756-1791).

Предание о новгородском змее. "Огненный змий о семи главах над Новгородом"...

В 1728 году над Новгородом Великим явился«огненный змий о
семи главах». Феофан Прокопович, архиепископ новгородский, донес Синоду, 
что содержащийся «по некоторому делу» в Москве, в келейной конто
ре, «села Валдая поп» Михаил Иосифов объявил о следующем. Когда 
он содержался «по тому же делу» в новгородском архиепископском доме,
 «при разряде, в конторе раскольничьих дел под арестом», то приходил 
к нему келейник Иаков Алексеев «и говорил ему такие слова: “Что де было нощию на небе видение, яко бы летал над новгород
скою соборною церковию змий огненный о семи главах, который взял
ся от Ладоги и вился-де над тою церковью и над домом нашим (Феофа
на Прокоповича — М.В.) и над Юрьевым и над Клопским монастырями,
 а потом полетел к Старой Русе. И в том-де будет как дому, так и монастырю не без причины;
 которое-де видение и многие граждане видели”, а кто именно — того 
не сказал»...

Подлинная история Царевны-Лягушки? Скифская версия...

Много ли найдется на свете сказок, герои которых были бы еще тысячелетия назад изваяны из камня или отчеканены в металле? Невероятно, но факт: именно изображения царевны — полузмеи-полулягушки найдены несколько десятилетий назад отечественными археологами в Причерноморье и Приазовье в скифских курганах, датируемых V—III веками до н.э. Значит, этому персонажу — две с половиной тысячи лет. Почему сказочные герои, словно боги, были запечатлены древним мастером? А может быть, они существовали в реальности?...

Как узнать есть ли домовой в квартире?

В нашем сумасшедшем мире нанотехнологий люди совсем перестали верить в потусторонние миры. Мы так заинтересованно смотрим в экраны наших гаджетов, порой забываем замечать удивительные и необыкновенные вещи, которые происходят с нами. В этой статье мы попытаемся разобраться с некоторыми мифами, которые тихонько живут в наших жилищах...

По одной из легенд, нечистые силы распространились на Земле после того, как Господь, разгневавшись на строительство Вавилонской башни, смешал языки людей. «Зачинщиков же, лишив образа и подобия человеческого, Бог на вечные времена отправил сторожить воды, горы, леса. Кто в момент проклятия находился дома — стал домовым, в лесу— лешим...». Леший стал хозяйничать в лесу; водяной, болотник, кикимора обитают в реках, болотах, озерах; домовой, угодив в открытую печную трубу, с тех пор живет рядом с людьми...

Сибирская целительница Наталья Степанова учит тому, что непременно сделает и вас, и ваших детей, и весь ваш род...

Происхождение образа Кощея!

Кощей (Кош, Кощеище, Кащей, Шелудивый Буняка (на Волыни), Солодивый Бунио (Подолия)) — Бог подземного царства, подземного солнца. Противник Дажьбога. Супруг Мары. Кащей Бессмертный в восточнославянской мифологии злой чародей, смерть которого спрятана в нескольких вложенных друг в друга волшебных животных и предметах: «На море на океане есть остров, на том острове дуб стоит, под дубом сундук зарыт, в сундуке - заяц, в зайце - утка, в утке - яйцо», в яйце - смерть Кащея Бессмертного. Главной же особенностью Кощея Бессмертного, отличающей его от других сказочных персонажей, является то, что его смерть (душа, сила) материализована в виде предмета и существует отдельно от него...


Что мы знаем об этом персонаже? Согласно русским былинам это почти чудище баснословных времен. Он свил себе на двенадцати дубах гнездо и, сидя в нем, свистал так сильно и громко, что все низвергал своим посвистом. Он заложил прямоезжую дорогу к Киеву ровно на тридцать лет: никакой человек по ней не прохаживал, зверь не прорыскивал, птица не пролетывала...




Издавна женщины использовали в семейной магии различные заговоры на семью, такие как заговор на любовь мужа. Очень сильные заговоры делаются, если жена хочет внести мир и покой в семье и делает заговор на мужа только при любви к нему. Часто бывает,ч то муж необоснованно гневается на жену и устраивает постоянные ссоры. Для этого можно использовать заговор на любовь, который также подойдет, если муж утратил интерес к жене...

Избушка на курьих ножках - реальный домик из мира мертвых? (фольклор как исторический источник)...

В музее истории Москвы помимо всяких ложек-поварешек существует экспозиция, на которой представлена реконструкция так называемого «домика мертвых» дьяковской культуры... «Домик мертвых» - это та самая избушка Бабы-Яги, на тех самых куриных ножках! Правда, они на самом деле КУРНЫЕ. Древний погребальный обряд включал в себя обкуривание ножек «избы» без окон и дверей, в которую помещали труп или то, что от него осталось...

Кто он такой, этот Вий? И откуда его приводят?

Трудно найти в произведениях русских классиков персонаж более впечатляющий и загадочный, чем гоголевский Вий. В примечании к своей повести «Вий» Гоголь писал, что он только пересказывает народное предание практически без изменений — «почти в такой же простоте, как слышал»...

Полные варианты известных поговорок!

Ни рыба, ни мясо, [ни кафтан, ни ряса].Собаку съели, [хвостом подавились].Ума палата, [да ключ потерян]...

Кем был Кощей Бессмертный на самом деле? Новая версия.

В книге Виктора Калашникова «Русская демонология» предпринята попытка систематизировать героев и сюжеты русских народных сказок. Делается это не из-за желания создать энциклопедию фольклора, а ради того, чтобы разглядеть, как за наслоениями эпох и культур (христианства, светского государства) в детских сказках растворился древний славянский эпос, героями которого были языческие боги и духи...

Оборотни в представлении славян...

Волкодлак, волколак, волкулак, вовкулак, в славянской мифологии человек-волк; оборотень; колдун, способный превращаться в волка и обращать в волков других людей. Легенды об оборотне общи всем славянским народам...

Славянская магия. Где сохранились языческие знахари и целители?

Маги, волхвы, колдуны и ведуньи были окружены ореолом таинственности и суеверного страха, но в то же время пользовались огромным уважением и почитались простым людом маленьких деревень и поселков еще задолго до того, как Русь стала христианским государством. Легенды, слагавшиеся народом об удивительных способностях и умениях славянских колдунов легли в основу многих сказок, многие из которых практически в неизменном виде дошли до наших дней...

Лучшие заговоры на любовь для мужчин и женщин!


Среди магических традиций всех народов большое место занимают заговоры на любовь: заговор на любовь мужчины, заговор на любовь девушки, заговор на привлечение любви. Люди издавна считали очень важным встретить и правильно определить своего любимого человека, с которым можно прожить счастливую и долгую семейную жизнь. Семья и семейные ценности важны во все времена...

Кто есть кто в былинном мире? Путеводитель по главным героям (Садко, Добрыня, Святогор, Илья Муромец, Хотен Блудович, Василиса Микулична, Алёша Попович, Волх Всеславьевич, Ставр Годинович и др...).


Путеводитель по былинным персонажам. Биографии, хобби и черты характера всех главных русских эпических героев — от Ильи Муромца до Хотена Блудовича…

Реальный прототип Ивана Царевича!


Знаете ли вы кто является историческим прототипом сказочного героя Ивана Царевича

15 февраля 1458 года у Ивана III родился первенец, которого нарекли Иваном. Все современники прочили ему трон Московского царства после смерти его отца — Ивана III. Он сопровождал Ивана III в походах на Казанское ханство, а с 1471 года был уже соправителем отца...

Заговоры и ритуалы на свадьбу и замужество!

Очень часто, когда между мужчиной и женщиной уже существуют серьезные отношения, мужчина не торопится делать предложение и официально брать на себя обязанности мужа. Для того, чтобы ускорить желанное событие и почувствовать себя красавицей-невестой на собственной свадьбе, девушки могут использовать заговор на свадьбу или заговор на замужество...

Это очень известный и простой способ чтобы самостоятельно снять сглаз. После захода солнца сядьте за стол вместе с человеком с которого надо снять сглаз. Наберите в стакан или чашку воды. Положите перед собой девять спичек и коробок...

Кто такая Баба-Яга? Мнения учёных.

По мнению ученых, образ Бабы-яги прочно сидит в нашей памяти не случайно, отражая глубинные страхи, которые берут начало в представлениях наших предков о пугающем устройстве мироздания...

Как французский рыцарь стал былинным богатырем?

Бова Королевич, он же - Бова Гвидонович, он же - Бюэве, он же - Бово из Антона (Buovo d’Antona). Сегодня это имя (имена) вряд ли о чем-то скажет даже поклонникам русского фольклора. А всего столетие назад Бова Королевич был одним из самых «культовых» персонажей, который по популярности у народа далеко обходил других «эпических» богатырей Илию Муромца, Добрыню Никитича и Алешу Поповича...

Аграфена Купальница (6 июля) и Иван Купала (7 июля). Обряды, приметы и мистическая суть!

6 июля в народном календаре называют Аграфеной-купальницей. В народе про Аграфену говорят, что она сестра Ивана Купалы, и потому в этот день все обрядовые действия являются своеобразной прелюдией к обрядам следующего за ним дня Ивана Купалы...

Где находится русский рай Беловодье?


В представлении старообрядцев Беловодье - рай на земле, войти в который может только тот, кто чист душой. Беловодье называли Страной справедливости и благоденствия, но насчет того, где оно находится люди спорят до сих пор...

Как праздновать Троицу? Обряды, заговоры, приметы...

Святая Троица является одним из основных христианских праздников. Его принято праздновать на 50-й день после Пасхи. В православной религии этот день попадает в число двунадесятых праздников, которые превозносят Святую Троицу...

Мифы о русской мифологии. Александра Баркова.

Тайна жизни и смерти Ильи Муромца!


В 1988 году Межведомственная комиссия провела исследование мощей Ильи Муромца. Результаты оказались поразительными. Это был сильный мужчина, умерший в возрасте 45-55 лет, высокого роста — 177 см. Дело в том, что в XII веке, когда жил Илья, такой человек считался довольно высоким, потому что средний рост мужчины составлял 165 см...

Красная Горка - пора гаданий и обрядов на свадьбу и замужество!


Праздник Красная горка - это древний обряд, который выполняли одинокие парни и девушки для того, чтобы встретить своего сужегого или суженую - близкого любимого человека, родную душу. Красная Горка в 2016 году отмечается в первое воскресенье после Пасхи, то есть 8 мая. Красная Горка имеет разное число каждый год, в зависимости от даты Пасхи. Красная горка — это первое весеннее гуляние молодых девушек. Красная Горка несет приметы: если на Красную Горку жениться, то всю жизнь будешь счастлив...

Страстная пятница: что можно, а что нельзя?

СТРАСТНАЯ ПЯТНИЦА, ПРИМЕТЫ ОБЫЧАИ ЗАГОВОРЫ...

Народная магия: обереги сна...

Предлагаю три надежных способа защитить себя в период ночного сна.

Спать с нательной иконкой - это и есть ваш оберег (в этом случае, уже лежа в постели перед сном, читать шепотом или мысленно один раз молитву "Отче наш")...


Всыпать по первое число: Не поверите, но в старой школе учеников пороли каждую неделю, независимо от того, кто прав, кто виноват. И если "наставник" переусердствует, то такой порки хватало надолго, вплоть до первого числа следующего месяца. Все трын-трава

Таинственная "трын-трава" — это вовсе не какое-нибудь растительное снадобье, которое пьют, чтобы не волноваться. Сначала она называлась "тын-трава", а тын — это забор. Получалась "трава подзаборная", то есть никому не нужный, всем безразличный сорняк...

Древнейшие славянские заговоры и обряды!

Славянские ритуалы и заговоры – это древняя и очень эффективная магия, которой пользовались наши далекие предки. Ритуалы помогали человеку во всех аспектах его жизни, с их помощью решались сердечные проблемы, устанавливалась защита от сглаза и любого другого зла, лечились самые разные заболевания, привлекалась удача и благосостояние в семью, и многое другое...

Обряды и магия Масленицы...





Если вас преувеличенно похвалили или позавидовали, а может, сказали что-то худое, а вы человек мнительный, прочитайте накануне масленицы этот оберег...

Кто такой Домовой?

Домовой – добрый Дух, хранитель домашнего очага. Один из предков, основателей данного Рода или Дома. Учёные называют Домового энергетической Субстанцией дома или квартиры. Домовой есть везде, где живут люди. Он смотрит за хозяйством и порядком в доме. Изображали Домового в виде Старца, умудрённого Опытом. Статуэтки делали из дерева, глины и чаще всего с чашей в руках для Требы. Максимальный размер – аршин высотой. А минимальный – два вершка...

Денежные заговоры на Крещение!


Накануне Богоявления (18 января) все домочадцы должны считать деньги со словами:



,Господь Бог миру явится,


А в моем кошельке деньги объявятся.


Ключ, замок, язык.


Аминь. Аминь. Аминь."

Кем был настоящий Илья Муромец?

В самом начале октября, согласно легенде родился легендарный Илья Муромец. Но это только легенда, в исторических летописях его имя не упоминается, неизвестно точное место его рождения, нет данных и о дне смерти. Впрочем, богатырь существовал реально, а похоронен в глубоких пещерах Киево-Печерской лавры вместе с еще 68 святыми угодниками...

Лесные духи древних славян... что мы о них знаем по данным фольклора?


Предки наши считали лесное пространство, где, по древнейшим верованиям, обретались души предков, сакральным, таинственным. Поэтому в представлениях славян оно было заселено множеством духов...

Обряды, гадания и заговоры в день Параскевы Пятницы...

10 ноября в народной традиции празднуется день Параскевы Пятницы, которая была покровительницей женщин, браков и целительницей болезней, особенно, происходящих от колдовства. Святая Параскева Пятница была особо чтима женщинами. Они посещали церковь Параскевы Пятницы и молили ее о скором замужестве. Параскева Пятница имела свою собственную специальную молитву о замужестве. Женский праздник Параскевы Пятницы наложился на праздник женской славянской богини Макоши, которая пряла нити судьбы и которую также просили о замужестве...

Кто такая кикимора и как от неё избавиться?


Откуда взялись на земле камни, рассказывают по-разному. Чаще всего верят, что камни раньше были живыми существами — они чувствовали, размножались, росли, как трава, и были мягкими. От тех времен на камнях остались следы ног Бога, Богородицы, святых, нечистой силы...

Кем был и когда жил Боян - древнерусский поэт-певец?

Боян (XI в.) — древнерусский поэт-певец. Как «творец песен» Боян назван в зачине «Слова о полку Игореве» (см. Автор «Слова о полку Игореве»): «Бояньбо вещий, аще кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию по древу, серым вълком по земли, шизым орлом под облакы...». Семь раз вспоминает автор «Слова» Боян в своем произведении...

Былина о Василии Буслаеве в исландской саге!

Изучение так называемого «норманнского периода» в России встречает большие препятствия, так как источников в нашем распоряжении сравнительно мало; а эти немногочисленные памятники, чаще всего, отделены от событий большим географическим расстоянием или значительным хронологическим промежутком...

Древние тайны "Лысой горы"... И сколько их вообще "лысых гор"?


Лысая гора — элемент восточнославянского, в частности украинского, фольклора, связанный с колдовством и сверхъестественными силами. Согласно легендам, ведьмы и другие сказочные существа регулярно собирались на «лысых горах», где устраивали шабаши...

Где находится Лукоморье?


Лукоморье — одно из первых географических названий, которые мы узнаем в жизни. На современных картах его не найти, зато оно есть на картах XVI века. Упоминание Лукоморья есть и в «Слове о полку Игореве», и в русском фольклоре…

Народная магия: сильные заговоры от зубной боли...


Часто востребованы быстрые заговоры, при которых можно быстро остановить нестерпимую боль, такую как зубная боль. Заговоры могут помочь людям в сложных ситуациях - для этого существуют сильные заговоры, такие как заговор от болезни и заговор на здоровье. Заговор от зубной боли поможет успокоить зуб до того момента, как вы попадете к врачу...

Что означает фраза: "первый блин комом"?

Все знают значение этой пословицы — она значит, что первая попытка в новом деле выходит неудачной. Но не так много людей знают о происхождении этой фразы...

Исторические прототипы былинных богатырей: кто они?


Мы знаем их с самого детства, хотим быть похожими на них, ведь они настоящие супергерои - былинные витязи. Они совершают нечеловеческие подвиги, но и у них, русских богатырей, были свои реальные прототипы…

Толстая С.М., Толстой Н.И. и др - Славянский и балканский фольклор.

Фольклор. Эпос. Мифология

Описание:
Для сборника 1978 года:
В работах исследуются истоки фольклорной традиции славянских и балканских народов, рассматриваются обряды, обычаи и символы, связанные со славянской архаической народной культурой, даются генетические изыскания в области славянского фольклора, приводится много новых фольклорных записей, сделанных на территории Полесья.
Представлены:

Славянский и балканский фольклор: Генезис. Архаика. Традиции. М.: Издательство «Наука», 1978.
Славянский и балканский фольклор: Обряд. Текст. М.: Издательство «Наука», 1981.
Славянский и балканский фольклор: Духовная культура Полесья на общеславянском фоне / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1986.
Славянский и балканский фольклор: Реконструкция древней славянской духовной культуры: Источники и методы / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1989.
Славянский и балканский фольклор: Верования. Текст. Ритуал. М.: «Наука», 1994.
Славянский и балканский фольклор: Этнолингвистическое изучение Полесья. М.: Издательство «Индрик», 1995.
Славянский и балканский фольклор: Народная демонология. М.: Издательство «Индрик», 2000.
Славянский и балканский фольклор: Семантика и прагматика текста. М.: Издательство «Индрик», 2006.

1)Славянский и балканский фольклор: Генезис. Архаика. Традиции / Отв. ред. И. М. Шептунов. М.: «Наука», 1978.

Введение
Л. Н. Виноградова. Заклинательные формулы в календарной поэзии славян и их обрядовые истоки
В. В. Усачева. Обряд «полазник» и его фольклорные элементы в ареале сербскохорватского языка
В. К. Соколова. Масленица (ее состав, развитие и специфика)
А. Ф. Журавлев. Охранительные обряды, связанные с падежом скота, и их географическое распространение.
Н. И. и С. М. Толстые. Заметки по славянскому язычеству. 2. Вызывание дождя в Полесье
С. М. Толстая. Материалы к описанию полесского купальского обряда
Э. В. Померанцева. Межэтническая общность поверий и быличек о полуднице
А. В. Гура. Символика зайца в славянском обрядовом и песенном фольклоре
Ф. Д. Климчук. Песенная традиция западнополесского села Симоновичи

2)Славянский и балканский фольклор: Обряд. Текст / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1981.

Ю. И. Смирнов. Направленность сравнительных исследований по фольклору
Л. Н. Виноградова. Девичьи гадания о замужестве в цикле славянской календарной обрядности (западно-восточнославянские параллели)
Н. И. и С. М. Толстые. Заметки по славянскому язычеству. 5. Защита от града в Драгачеве и других сербских зонах
А. В. Гура. Ласка (Mustela nivalis) в славянских народных представлениях
О. А. Терновская. К описанию некоторых славянских представлений, связанных с насекомыми. Одна система ритуалов изведения домашних насекомых
Л. Г. Бараг. Сюжет о змееборстве на мосту в сказках восточнославянских и других народов
Н. Л. Ручкина. Генетические связи акритского эпоса и клефтских песен
Ю. И. Смирнов. Эпика Полесья (по записям 1975 г.)
Приложение – Указатели к статье Н. И. и С. М. Толстых «Заметки по славянскому язычеству. 5»

3)Славянский и балканский фольклор: Духовная культура Полесья на общеславянском фоне / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1986.

Материалы к Полесскому этнолингвистическому атласу. Опыт картографирования

Предисловие (Н. Т., С. Т.)
Солнце играет (С. М. Толстая)
Ритуальные бесчинства молодёжи (С. М. Толстая)
Троицкая зелень (Н. И. Толстой)
Пахание реки, дороги (С. М. Толстая)
Лягушка, уж и другие животные в обрядах вызывания и остановки дождя (С. М. Толстая)
Сретенская и четверговая свеча (С. М. Толстая)
Дождь во время свадьбы (А. В. Гура)
Закликание весны (Т. А. Агапкина)
Невестка стала в поле тополем (Н. И. Толстой)

О. А. Пашина. Календарные песни весенне-летнего цикла юго-восточной Белоруссии
В. И. Харитонова. Полесская традиция причитания в Полесье на восточнославянском фоне

Статьи и исследования

В. Е. Гусев. Вождение «стрелы» («сулы») в Восточном Полесье
Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков. К проблеме этнографического контекста календарных песен
Л. Н. Виноградова. Мифологический аспект полесской «русальной» традиции
Н. И. Толстой. Из наблюдений над полесскими заговорами

Материалы и публикации

А. В. Гура. Из полесской свадебной терминологии. Свадебные чины. Словарь: Н – Свашка
С. М. Толстая. Полесский народный календарь. Материалы к этнодиалектному словарю: К – П
Ю. И. Смирнов. Эпика Полесья

4)Славянский и балканский фольклор: Реконструкция древней славянской духовной культуры: Источники и методы / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1989.

Н. И. Толстой. Некоторые соображения о реконструкции славянской духовной культуры
В. Н. Топоров. Об иранском элементе в русской духовной культуре
В. В. Мартынов. Сакральный мир "Слова о полку Игореве"
В. В. Иванов. Ритуальное сожжение конского черепа и колеса в Полесье и его индоевропейские параллели
М. Матичетов. О мифических существах у словенцев и специально о Куренте
Л. Н. Виноградова. Фольклор как источник для реконструкции древней славянской духовной культуры
Л. Раденкович. Символика цвета в славянских заговорах
С. Е. Никитина. О взаимотношении устных и письменных форм в народной культуре
Э. Хорватова. Традиционные юношеские союзы и инициационные обряды у западных славян
З. Михаил. Этнолингвистические методы в изучении народной духовной культуры
Т. В. Цивьян. О лингвистических основах модели мира (на материале балканских языков и традиций)
М. Войтыла-Свежовска. Терминология аграрной обрядности как источник изучения древней славянской духовной культуры
С. М. Толстая. Терминология обрядов и верований как источник реконструкции древней духовной культуры
Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков. Воробьиная (рябиновая) ночь в языке и поверьях восточных славян
А. А. Потебня. О происхождении названий некоторых славянских языческих божеств (Подготовка текста В. Ю. Франчук. Примечания Н. Е. Афанасьевой и В. Ю. Франчук)
О работе А. А. Потебни, посвященной происхождению и этимологии названий славянских языческих божеств (В. Ю. Франчук)

5)Славянский и балканский фольклор: Верования. Текст. Ритуал / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Наука», 1994.

Н. И. Толстой. Еще раз о теме «тучи – говяда, дождь – молоко»
Л. Н. Виноградова, С. М. Толстая. К проблеме идентификации и сравнения персонажей славянской мифологии
О. В. Санникова. Польская мифологическая лексика в структуре фольклорного текста

Т. А. Агапкина. Южнославянские поверья и обряды, связанные с плодовыми деревьями, в общеславянской перспективе
С. М. Толстая. Зеркало в традиционных славянских верованиях и обрядах
И. А. Седакова. Хлеб в традиционной обрядности болгар: родины и основные этапы развития ребенка

Н. И. Толстой. Vita herbae et vita rei в славянской народной традиции
Т. А. Агапкина, Л. Н. Виноградова. Благопожелание: ритуал и текст
Г. И. Кабакова. Структура и география легенды о мартовской старухе
В. В. Усачева. Вокативные формулы в народной медицине славян
Н. А. Ипатова. Оборотничество как свойство сказочных персонажей
Е. Е. Левкиевская. Материалы по карпатской демонологии

Корректурные дополнения к статье Н. И. Толстого «Vita herbae et vita rei в славянской народной традиции»

6)Славянский и балканский фольклор: Этнолингвистическое изучение Полесья / Отв. ред. Н. И. Толстой. М.: «Индрик», 1995.

Н. И. Толстой. Этнокультурное и лингвистическое изучение Полесья (1984–1994)

I. Полесский этнолингвистический атлас: исследования и материалы
Т. А. Агапкина. Очерки весенней обрядности Полесья
А. А. Плотникова. Первый выгон скота в Полесье
Л. Н. Виноградова. Региональные особенности полесских поверий о домовом
Е. Е. Левкиевская, В. В. Усачева. Полесский водяной на общеславянском фоне
Л. Н. Виноградова. Откуда дети берутся? Полесские формулы о происхождении детей
В. Л. Свительская. Опыт картографирования полесской погребальной обрядности
М. М. Валенцова. Материалы для картографирования типов полесских святочных гаданий
М. Никончук, О. Никончук, Г. Орленко. Деякi термiни матерiальной культури в говiрках правобережного Полiсся
О. А. Паршина. Календарный цикл в северо-западных селах Сумщины

II. Этнолингвистические словари. Публикации

С. М. Толстая. Полесский народный календарь. Материалы к этнодиалектному словарю: Р – Я
А. В. Гура. Из полесской свадебной терминологии. Свадебные чины. Словарь (Свеночельники – Ш)
Ф. Д. Климчук. Духовная культура полесского села Симоновичи

III. Приложения

Н. П. Антропов, А. А. Плотникова. Хроника полесских экспедиций

Список населенных пунктов Полесского этнолингвистического атласа

Сокращения названий областных центров и районов

7)Славянский и балканский фольклор: Народная демонология / Отв. ред. С. М. Толстая. М.: «Индрик», 2000.

Предисловие

Н. И. Толстой. «Без четырех углов изба не строится» (Заметки по славянскому язычеству. 6)
Л. Н. Виноградова. новые представления о происхождении нечистой силы: демонологизация умершего
С. М. Толстая. Славянские мифологические представления о душе
Е. Е. Левкиевская. Мифологические персонажи в славянской традиции. I. Восточнославянский домовой
Дагмар Климова (Прага). Hospodářík в поверьях чешского народа
Т. В. Цивьян. Об одном классе персонажей низшей мифологии: «профессионалы»
Н. А. Михайлов. К одной балто-южнославянской фольклорно-ритуальной формуле: лит. laimė lėmė, лтш. laima nolemj, слвн. sojenice sodijo
Л. Р. Хафизова. Бука как персонаж детского фольклора
Т. А. Агапкина. Демоны как персонажи календарной мифологии
А. А. Плотникова. Мифология атмосферных и небесных явлений у балканских славян
В. В. Усачева. Мифологические представления славян о происхождении растений
А. В. Гура. Демонологические свойства животных в славянских мифологических представлениях
В. Я. Петрухин. «Боги и бесы» русского Средневековья: род, рожаницы и проблема русского двоеверия
О. В. Белова. Иуда Искариот: от евангельского образа к мифологическому персонажу
М. М. Валенцова. Святые-демоны Люция и Барбара в западнославянской календарной мифологии
Полесские и западнорусские материалы о домовом

8) Славянский и балаканский фольклор: Семантика и прагматика текста / Отв. ред. С. М. Толстая. М.: «Индрик», 2006.

Предисловие

Прагматика текста
Т. А. Агапкина. Сюжетика восточнославянских заговоров в сопоставительном аспекте
О. В. Белова. Славянские библейские легенды: вербальный текст в контексте обряда
Е. Е. Левкиевская. Прагматика мифологического текста
Л. Н. Виноградова. Социорегулятивная функция суеверных рассказов о нарушителях запретов и обычаев
С. М. Толстая. Мотив посмертного хождения в верованиях и ритуале

Текст и обряд
А. В. Гура. Соотношение и взаимодействие акционального и вербального кодов свадебного обряда
В. В. Усачева. Вербальная магия в аграрных обрядах славян
А. А. Плотникова. Весенние заклинательные формулы «изгнания» гадов у южных славян (в ареальной перспективе)

Лексика и фразеология и их роль в порождении текста
М. М. Валенцова. Календарные паремии западных славян
Е. Л. Березович, К. В. Пьянкова. Пищевой код в тексте игры: каша и квас
А. В. Гура. Лунные пятна: способы конструирования мифологического текста
О. В. Чёха. Языковой и культурный образ лунного времени в полесской традиции (молодой и старый месяц)
Е. С. Узенёва. Соотношение хрононима и легенды (праздник св. Трифона в ареальной перспективе)

Современному человеку фольклорные образы кажутся сказочными, фантастическими и нереальными, действия героев таинственными. Это и понятно: ведь говоря о фольклоре, мы говорим о другом уровне мышления, о другом представлении человеком окружающего его мира, корни которого уходят в мифологическое прошлое.

Слово фольклор в буквальном переводе с английского означает народная мудрость. Это создаваемая народом и бытующая в народных массах поэзия, в которой он отражает свою трудовую деятельность, общественный и бытовой уклад, знание жизни, природы, культы и верования. В фольклоре воплощены воззрения, идеалы и стремления народа, его поэтическая фантазия, богатейший мир мыслей, чувств, переживаний, протест против эксплуатации и гнета, мечты о справедливости и счастье.

Славяне создали огромную изустную литературу (мудрые пословицы и хитрые загадки, волшебные сказки, весёлые и печальные обрядовые песни, торжественные былины, говорившиеся под звон струн нараспев), которая стала Достоинством и Умом народа. Она ставила и укрепляла его нравственный облик, была его исторической памятью, праздничными одеждами его души и наполняла глубоким содержанием всю его размеренную жизнь, текущую по обычаям и обрядам, связанным с его трудом, природой и почитанием отцов и дедов.

К большому сожалению, в школьной программе изучению фольклора на уроках литературы и музыки уделяется слишком мало. В связи с этим, через интеграцию предметов мы попытались показать области соприкосновения учебных дисциплин, а через их органическую связь дать ученикам представление о единстве окружающего нас мира. Примером реализации интегрированных задач может служить конспект урока «В мире славянского фольклора» для учеников 6 класса общеобразовательной школы.

Цель:

Показать значение славянского фольклора в жизни народа;

Задачи:

· воспитание нравственных и эстетических чувств: любви к Родине, гордости за достижения отечественного музыкального искусства, уважения к истории и духовным традициям России;

· формирование основ музыкальной культуры через эмоционально- активное восприятие;

· развитие художественного вкуса, интереса к музыкальному искусству и музыкальной деятельности;

· реализация собственных творческих замыслов в различных видах музыкальной деятельности (в пении и интерпретации музыкально-пластическом движении и импровизации);

· формирование целостности восприятия и представления об окружающем мире через межпредметные связи уроков литературы и музыки.

Оборудование: мультимедийное оборудование, презентация, звуковые файлы, народные костюмы.

Ход урока:

Звучит музыка (наигрыш владимирских рожков)

Учитель литературы:

Мы входим в удивительный и прекрасный, таинственный мир народной мудрости – мир фольклора. В нём звучит сказка и песня, загадка и пословица… Здесь играют, поют, рассказывают и слушают… Здесь можно узнать очень многое, о многом подумать, многое понять…

В древние-древние времена, когда люди еще не умели писать, они передавали друг другу свои знания о жизни, играя в игры, совершая обряды, напевая песни….

У каждого народа были свои песни, обряды, игры – свой фольклор.

· Вопрос учащимся:

Мы уже несколько раз услышали слово «фольклор». А что же означает это слово «фольклор»? (Фольклор – народная мудрость, народное творчество.)

Мы хотим узнать как можно больше о русском фольклоре – фольклоре наших предков. Это были сильные, красивые, добрые люди. Они были внимательны к природе, примечали каждое движение её, и по приметам знали как правильно вести хозяйство.

Жизнь русских людей всегда состояла из череды будней и праздников. Будни – это время, наполненное трудами и заботами. Отличительной чертой будничной жизни была обыденность домашнего существования, умеренность в еде, простая, удобная одежда, спокойные и благожелательные отношения, замкнутость семейного мира.

Будням противопоставлен праздник – время отдых, веселья и радости, Чередование будней и праздников считалось необходимой составляющей нормального течения жизни, а сбои могли привести даже к гибели мира.

Праздничных дней в году было много. Они возникали в разные исторические эпохи.

Самыми древними были праздники, связанные с земледельческим календарём. Их называли календарными или годовыми праздниками, так как они продолжались весь год, заканчиваясь поздней осенью с завершением уборки урожая.

Главными считались те, которые были связаны с четырьмя самыми важными природно-астрономическими явлениями: зимнее и летнее солнцестояние, весеннее и осеннее равноденствие.

Наряду с древними языческими земледельческими праздниками в русском быту было много праздников православной церкви. Они стали устанавливаться с конца 10 века на Руси с принятием христианства.

Учитель музыки:

Наиболее почитаемыми народом были Рождество Христово, Крещение, Благовещение Пресвятой Богородицы, Святая Троица, Пасха.

Среди праздников, восходящих к древней земледельческой традиции, почиталась Масленица.

Каждый праздник имел свою отмеченную традицией программу, словесные формулы, песни. В программу праздничных дней включалось также выполнение обрядов и обычаев годового цикла, связанных с хозяйственной деятельностью русского земледельца.

· Вопрос учащимся:

А что означает «обряд», «обрядовые песни»?

(Обряд – совокупность установленных обычаем действий, в которых воплощаются какие-нибудь религиозные представления или бытовые традиции народа.

Обрядовые песни – это песни, которые исполнялись во время самых различных обрядов и являлись важной составляющей и необходимой их частью).

Учитель музыки:

Обрядовые песни – особый музыкальный мир. Если существуют русские сказки, былины, пословицы, то обрядовые песни называть русскими - не правильно. Их название – СЛАВЯНСКИЕ обрядовые песни. Это связано с тем, что крещение Руси произошло только в 10 веке, а обряды посвященные хорошему урожаю, вовремя пролитому дождя, теплому солнцу были и до этого. И территория тогдашней Руси была совсем иной, нежели сейчас. Анализ обрядовых песен из разных уголков нашей страны, а также Украины и Белоруссии показал сходство языка и ладовой и интонационной основы.

Обрядовые песни тесно связаны с языческими ритуалами, основные мелодические обороты, ладовая основа осталась с прежних языческих времен. Поскольку некоторые языческие божества и обряды были поставлены в параллель христианским святым (Перун – Илья, Велос (Волос) - Власий, Ярило – Юрий, Георгий), то вполне очевидно, что музыкальная основа подобных культовых языческих песен повлияла в дальнейшем на славянский ранний христианский культовый мелос. В частности мелодии многих попевок и закличек интонационно близки к простейшим видам церковного пения древней Руси.

· Вопрос учащимся:

Какие виды обрядовых песен вы знаете? (календарные, семейно-бытовые и церковные)

Учитель литературы:

Отношение русских к празднику было чрезвычайно серьёзно.

«Мы целый день трудимся для праздника». «Хоть всё заложи, да Масленицу проводи». «Жизнь без праздника, что еда без хлеба» - любили говорить крестьяне.)

Русские люди считали, что любой праздник требует к себе уважения.

Осенние праздники русского крестьянского земледельческого календаря

посвящены подведению итогов трудового года. Иными словами – это праздник урожая.

Учитель музыки:

Среди них выделяются праздники, связанные с образом Пресвятой Богородицы:

Учащиеся рассказывают историю возникновения праздника «Покров».

Учитель музыки:

В народном сознании Пресвятая Богородица – это любящая Мать для всех людей, Защитница, Утешительница, Заступница. Её образ тесно связан с образом «матушки сырой земли-кормилицы», родной земли и в конечном итоге с образом Родины. Звучат церковные песнопения «Богородице Дево» в исполнении братьев из Валаамского монастыря и «Пресвятому образу твоему» в исполнении детского хора храма Пресвятой Богородицы (г. Новосибирск). Учащиеся анализируют музыкальные фрагменты и делают сравнительный анализ.

Интересной особенностью осенних обрядов было не совпадение их с обычным календарем. Осенние обряды начинались уже в августе с момента начала сбора урожая. Каждый обряд имел свою интонационную особенность, свой особый звукоряд, который сильно отличался от звукорядов песен, посвященных другим временам года. Многие обрядовые песни носят характер закличек, попевок, построенных на 3-4 нотах и носящих по представлению людей магическую силу. Самая простая форма досталась осенним обрядовым песням. Люди много трудились, они устали и им хотелось покоя и отдыха. Иногда осенние обрядовые песни назывались ЖАЛЬНЫЕ. Но не всегда они имели грустный характер.

Учащиеся показывают инсценировку:

Женщины-жницы собирались в поле у несжатой полоски. Старшая наиболее уважаемая из жниц, заламывала и закручивала стебли растений так, чтобы они касались земли, в виде жгута или венка, перевязывая их цветными лентами. Девушки водят хоровод и приговаривают:

Поле – тебе пахота,

Нам – легота!

Сей год родило, и на будущий год не забудь!

Исполнение осенней обрядовой песни « Осень не браните».

(Дети с колосьями читают по ролям)

Жали мы, жали,

Жали-пожинали,-

Жнём молодые,

Серпы золотые,

Нива долговая,

Постать широкая;

По месяцу жали,

Серпы поломали,

В краю не бывали,

Людей не видали.

И говорило а ржаное жито,

В чистом поле стоя,

В чистом поле стоя:

Не хочу я, а ржаное жито,

Да в поле стояти,да в поле стояти.

Не хочу я, а ржаное жито

Да в поле стояти – колосом махати!

А хочу я, а ржаное жито,

Во пучок завязаться,

В песенку пожаться,

А чтоб меня, а ржаное жито,

Во пучок взвязали,

Из меня рожь выбирали

Украшенный последний сноп с песнями несли в деревню, где готовилась праздничная трапеза: пироги, каша.

Учитель литературы:

К Рождеству Пресвятой Богородицы, дата которого совпадала с днём осеннего равноденствия, приурочивались Осенины (от слова сени место где хранилось сено) – встреча осени. Женщины собирались рано утром и выходили на берега рек, озёр и прудов встречать «матушку Осенину». Для этого праздника характерно хлебосольство, хождение родственников в особенности молодоженов к родителям молодой. В эти дни пели песни, водили хороводы, устраивали игрища.

Исполнение песни-игры «Осень»

Учитель музыки:

Тема славянского фольклора актуальна и сейчас. Многие современные композиторы используют в своих произведениях цитаты из народной обрядовой музыки. Иногда встречаются произведения, написанные в весьма неожиданном стиле.

Прослушивание песни «Овсень» группы «Невидь».

В конце урока, после подведения итогов, девочки выносят на блюде яблоки, груши, баранки и раздают их учащимся и гостям.

Фольклор и его основные формы. Литература православных

славян в XI-XVI вв. Современные славянские литературы

Тема фольклора и славянских литератур затрагивается в нашем пособии лишь в связи со славянской словесной культурой в целом, и в детали данной темы (в частности, в обсуждение современного состояния фольклористики) мы не углубляемся. Существует немало ценных пособий, специально посвященных фольклору как таковому (русскому, болгарскому, сербскому и т. д. народному творчеству), как существуют и аналогичные пособия, относящиеся к русской и другим славянским литературам. К ним мы и отсылаем читателей, заинтересованных в углубленном знакомстве с данной темой.

Славянские народы создали такой важный фольклорный жанр, как сказки, и богатейший набор сказочных сюжетов (волшебных, бытовых, социальных и пр.). В сказках выступают колоритнейшие человеческие персонажи, наделенные народной смекалкой, - Иван-дурак у русских, хитрый Петр у болгар и др.

По остроумному наблюдению Ф.И. Буслаева, «Сказка воспевает по преимуществу богатырей, героев и витязей; царевна же, в ней обыкновенно являющаяся, весьма часто не называется и по имени и, вышедши замуж за богатыря или витязя, сходит со сцены действия. Но, уступая мужчинам в богатырстве и славе, снисканной воинскими подвигами, женщина в эпоху язычества... была полубогинею, колдуньею...

Весьма естественно могла народная сказка к душевной силе женщины придать и физическую. Так, Ставрова молодая жена, нарядившись послом, победила борцов Владимировых»175 .

Восточные славяне разработали былины. Среди них выделяются киевский цикл (былины о крестьянине Микуле Селяниновиче, богатырях Святогоре, Илье Муромце, Добрыне Никитиче, Алеше Поповиче и др.) и новгородский цикл (былины о Василии Буслаева, Садко и др.). Уникальный жанр героического эпоса, русские былины составляют одну из важнейших принадлежностей национального словесного искусства. У сербов героический эпос представлен сюжетами о Милоше Обиличе, Королевиче Марко и др. Сходные персонажи есть в эпосе болгар - Секула Детенце, Дайчин-воевода, Янкул и Момгил и др.176 У западных славян героический эпос в силу ряда сложных причин себя так впечатляюще не проявил.

Эпос - не историческая хроника, а художественное явление. Русские обычно хорошо ощущают дистанцию между реальной личностью преподобного Илии Муромца и былинным образом богатыря Ильи Муромца. О сербском эпосе его исследователь Илья Николаевич Голенищев-Кутузов (1904-1969), например, писал:

«Кроме событий, не нарушающих границ достоверного, <...> в песнях о Королевиче Марко встречаются рассказы о крылатых конях, говорящих человеческим голосом, о змиях и горных волшебницах-вилах»177 .

Как выразительно характеризовал устное народное творчество Ф.И. Буслаев, «Народ не помнит начала своим песням и сказкам. Ведутся они испокон веку и передаются из рода в род, по преданию, как старина. Еще певец Игоря хотя и знает какого-то Бояна, но древние народные предания называет уже «старыми словесы». В «Древних русских стихотворениях» песнь, или сказание, называется “стариною”: «тем старина и кончилась», говорит певец... Иначе песня содержания повествовательного именуется “былиною”, то есть рассказом о том, что было. <...> Потому, оканчивая песню, иногда певец прибавляет в заключение следующие слова: «то “старина”, то и “деянье”», выражая этим стихом ту мысль, что его былина не только старина, преданье, но именно преданье о действительно случившемся “деяньи”»178 .

У славянских народов сохранились предания, связанные с их происхождением. И западным и восточным славянам известно предание о братьях Чехе, Лехе и Русе. У восточных славян основание Киева связывается с легендарными Кием, Щеком, Хоривом и сестрой их Лыбедью. У поляков, по преданию, в названии Варшавы запечатлелись имена детей жившего тут лесника: мальчика по имени Вар и девочки по имени Сава. Весьма интересны несущие в себе разнообразную информацию о праисторических временах предания, сказания и легенды о Либуше и Пржемысле, о Девичьей войне, о бланицких рыцарях у чехов, о Пясте и Попеле, Краке и Ванде у поляков, и т. д.

Например, сюжет сказания о Девичьей войне заставляет вспомнить о борьбе матриархального и патриархального начал в славянском обществе древнейших времен.

Согласно ему, после смерти легендарной чешской правительницы Либуши, опиравшейся на девиц и женщин и даже державшей женскую дружину, править стал ее муж Пржемысл. Однако привыкшие властвовать девицы восстали против мужчин, построили крепость Девин и поселились в ней. Затем они разбили отряд мужчин, легкомысленно попытавшихся захватить крепость - причем погибло триста витязей, а семерых лично заколола предводительница женского войска Власта (в прошлом первейшая воительница в дружине Либуши). После этой победы женщины коварно захватили молодого витязя Цтирада, бросившегося спасать привязанную к дубу красавицу, и колесовали его. В ответ мужчины объединились в войско и полностью разгромили женщин, убив в бою Власту и захватив Девин179 .

Стихотворные жанры фольклора у славян исключительно разнообразны. Помимо былин и мифов сюда относятся различные песни - юнацкие и гайдуцкие у южных славян, разбойничьи у восточных славян и пр., исторические песни и баллады, украинские думы и т. д.180 У словаков весьма интересен цикл фольклорных произведений о благородном разбойнике Юрае Яношике.

Многие стихотворные произведения исполнялись под аккомпанемент различных музыкальных инструментов (русские гусли, украинская бандура и т. д.).

Малые жанры фольклора (пословица, поговорка, загадка и т. п.) представляют особый интерес для филологов, занимающихся семасиологическими проблемами. Так, например, А.А. Потебня посвятил в своем труде «Из лекций по теории словесности » специальный раздел «приемам превращения сложного поэтического произведения в пословицу», подчеркивая: «Весь процесс сжимания более длинного рассказа в пословицу принадлежит к числу явлений, имеющих огромную важность для человеческой мысли» (эти явления Потебня называл «сгущением мысли»)181 .

Среди собраний русских пословиц выделяются «Русские народные пословицы и притчи » (1848) И.М. Снегирева, «Русские пословицы и поговорки » (1855) Ф.И. Буслаева и «Пословицы русского народа » (1862) В.И. Даля.

Среди собирателей славянского фольклора представлены крупнейшие деятели культуры (например, А.И. Афанасьев и В.И. Даль у русских, Вук Караджич у сербов). В России этим делом занимались талантливые энтузиасты, подобные Кирше Данилову, и филологи-профессионалы П.Н. Рыбников, А.Ф. Гильфердинг, И.В. Киреевский и др. Украинский фольклор собирали, например, Н.А. Цертелев, М. Максимович, Я. Головацкий и др. У южных славян огромную работу проделали братья Миладиновы, П.Р. Славейков и др., у поляков Вацлав Залесский, Жегота Паули, З. Доленга-Ходаковский и др., у чехов и словаков Ф. Челаковский, К. Эрбен, П. Добшинский и другие ученые-филологи.

Весьма разнообразны славянские литературы. Древнерусская литература, характерное проявление литератур так называемого «средневекового типа», существовала с XI в. Напомним несколько связанных с ней важных моментов.

Академик Дмитрий Сергеевич Лихачев (1906-1999) небезосновательно писал: «Древняя русская литература не только не была изолирована от литератур соседних - западных и южных стран, в частности - от той же Византии, но в пределах до XVII в. мы можем говорить совершенно об обратном - об отсутствии в ней четких национальных границ. Мы можем с полным основанием говорить об общности развития литератур восточных и южных славян. Существовали единая литература (курсив мой. - Ю.М. ), единая письменность и единый (церковнославянский) язык у восточных славян (русских, украинцев и белорусов), у болгар, у сербов у румын» (как уже упоминалось выше, румыны как православные активнейшим образом пользовались церковнославянским языком вплоть до второй половины XIX века)182 .

Выражение Д.С. Лихачева «единая литература» не следует абсолютизировать. Далее он поясняет свою мысль: «Основной фонд церковно-литературных памятников был общим. Богослужебная, проповедническая, церковно-назидательная, агиографическая, отчасти всемирно-историческая (хронографическая), отчасти повествовательная литература была единой для всего православного юга и востока Европы. Общими были такие огромные памятники литературы, как прологи, минеи, торжественники, триоди, отчасти хроники, палеи разных типов, «Александрия», «Повесть о Варлааме и Иоасафе», «Повесть об Акире Премудром», «Пчела», космографии, физиологи, шестодневы, апокрифы, отдельные жития и пр. и пр.»183 .

Понятным образом, не были общими «Слово о полку Игореве », «Поучение » Владимира Мономаха, «Слово о погибели русской земли », «Задонщина », «Моление Даниила Заточника » и некоторые другие произведения, пожалуй, как раз наиболее интересные в древнерусской литературе нашим современникам. Однако для средневекового читателя, сердцем обращенного прежде всего к Богу, а не к земным человеческим проблемам, они не были «самым главным» в ряду литературных текстов. Как ни трудно бывает осмыслить этот факт человеку XXI в., но Евангелие, жития святых, псалмы, акафисты и т. п., а отнюдь не «Слово о полку Игореве» и подобные ему шедевры художественной литературы находились в центре внимания древнерусских читателей (именно потому «Слово» так легко затерялось и лишь случайно было обнаружено в конце XVIII в.).

После сделанных выше разъяснений невозможно не присоединиться к тезису Д.С. Лихачева, что «древнерусская литература до XVI в. была едина с литературой других православных стран»184 . Как следствие, если обратиться к руководствам типа «Древнесербская литература», «Древнеболгарская литература» и т. п., читатель немедленно встретит в них немало произведений, известных ему по курсу литературы древнерусской.

Например, в «Истории славянских литератур» академика Александра Николаевича Пыпина (1833-1904) и Владимира Даниловича Спасовича (1829-1906) в качестве древнеболгарских (а не древнерусских!) фигурируют упомянутые выше академиком Лихачевым «Пролог », «Палея », «Александрия » и др.185 Более того, по мнению авторов, именно болгарами была создана на старославянском языке «обширная литература, которая целиком перешла к русским и сербам»; «церковные отношения русских с болгарами и с Афоном, ближайшее соседство сербов с болгарами установили между ними мену рукописей»; «в результате сербский писатель представляет тот общий тип, который видим в писателе этого рода болгарском и старинном русском»186 .

В свою очередь, И.В. Ягич в своей «Истории сербо-хорватской литературы» констатировал ту же тенденцию: «Древнесербские оригинальные (курсив мой. - Ю.М. ) произведения составляют весьма незначительную часть остальной литературы»187 .

И.В. Ягич признавал, что «с нашей нынешней точки зрения» «тонкая тетрадка средневековых народных песен и тому подобного» кажется важнее переведеннного православными славянами «всего огромного запаса библейско-богословско-литургических произведений». Однако он тут же подчеркивал, что надо «живо представить себе воззрения тогдашних времен, по которым не было занятия более священного, чем это»188 .

К сожалению, реальная находка «тонких тетрадок» подобного рода - чрезвычайно редкое дело. Как следствие, в эпоху романтизма некоторые западнославянские патриоты (в Чехии) не смогли удержаться от составления таких художественных мистификаций, как Краледворская рукопись (1817, «обнаружена» в городке Кралеводворе)189 .

Эта «тетрадка» «новейших произведений древне-чешской литературы», как иронизировал В.И. Ламанский, представляет собой сборник мастерских стилизаций под славянскую древность. Краледворская рукопись включает, например, эпические песни о рыцарских турнирах и пирах, о победе чехов над саксами, об изгнании поляков из Праги, о победе над татарами и т. д. В лирических стихах представлена обычная любовная тематика, причем заметно влияние русского фольклора.

Автором текстов был Вацлав Ганка (1791-1861), известный чешский культурный деятель и просветитель. А вскоре студент Йозеф Линда «нашел» манускрипт с «Любовной песней короля Вацлава I» (Зеленогорская рукопись). Мысля категориями романтизма, они оба явно хотели возвысить историческое прошлое своего народа, после поражения чехов в битве при Белой горе (1620) фактически порабощенного австрийскими феодалами.

В подлинность Краледворской рукописи многие верили почти до начала XX в. Разоблачили эту красивую мистификацию ученые-филологи - лингвисты и палеографы, которые обнаружили здесь ошибки во временах глаголов, окончаниях, невозможные в древности формы букв и т. п., а также историки, указавшие на фактические несообразности. Вместе с тем несомненно, что стилизации Ганки и Линды оказали большое позитивное влияние на современную им литературу, вызвав к жизни немало ярких художественных вариаций, явленных в них образности и сюжетики.

Примерно в середине XVII в. на смену древнерусской литературе пришла и удивительно быстро - на протяжении жизни двух поколений - закрепилась в обществе литература нового времени. Подразумевается литература в узком строгом смысле слова - художественная, обладающая привычной нам по сей день системой жанров (стихотворение, поэма, ода, роман, повесть, трагедия, комедия и т. д.). Разумеется, такое быстрое распространение новой литературы связано с тем, что предпосылки к появлению ее на Руси постепенно складывались и незримо накапливались на протяжении нескольких предшествующих столетий.

Нетрудно ощутить отличия литературы нового времени от древнерусской, сравнив, например, «Житие Сергия Радонежского» (написанное в эпоху Дмитрия Донского Епифанием Премудрым) с романом Льва Толстого (или даже с «Житием протопопа Аввакума») или сравнив старинный православно-христианский акафист и духовную оду Державина. Кроме наглядно проявляющихся конкретных жанрово-стилевых различий были и глобальные взаимоотличия.

Автор жития святого и составитель летописи, автор церковного акафиста занимались священным ремеслом - эстетическое начало в меру личного таланта, конечно, привходило в их произведения, но все же как побочное явление. В древнерусской письменности имелись отдельные творения, где, совсем как в литературе нового времени, превалирует художественная сторона (вышеупомянутые «Слово о полку Игореве», «Поучение» Владимира Мономаха, «Слово о погибели русской земли», «Моление Даниила Заточника» и др.). Однако они немногочисленны и стоят особняком (хотя, повторяем, читателю XXI в. как раз эти художественные в узком смысле слова произведения, пожалуй, наиболее интересны и внутренне близки).

Творческим задачам летописца, автора исторического сказания, автора патерикового жития, торжественной церковной проповеди, акафиста и т. д. соответствовала особая (малопонятная человеку нашего времени без специальной филологической подготовки) «эстетика канонов» (или «эстетика тождества»).

Такая эстетика исповедовала верность «боговдохновенным» авторитетным образцам и изощренное воспроизведение их основных черт в собственном творчестве (с тонкими новациями в деталях, но не в целом). Так, древнерусский читатель жития знал заранее, как будет описан автором жизненный путь святого, - жанр жития включал систему канонически строгих правил, и житийные произведения походили друг на друга, словно родные братья, их содержание было в ряде черт заранее предсказуемо.

Эта черта древнерусской словесности, отражающая социально-психологические особенности людей русского православного средневековья, а также суть того сложного культурно-исторического феномена, который ныне именуется «древнерусской литературой», сменилась в XVII в. живой по сей день «эстетикой новизны».

Писатели нового времени занимаются не «священным ремеслом», а искусством как таковым; эстетическое начало - первейшее условие их творчества; они заботятся о фиксации своего авторства, стремятся к тому, чтобы их произведения не походили на произведения предшественников, были «художественно оригинальны», а читатель ценит и считает естественным условием непредсказуемость развития художественного содержания, уникальность сюжета.

Новая русская литература на первоначальном этапе была литературой барокко. К нам барокко пришло через Польшу и Белоруссию. Фактический родоначальник поэзии московского барокко Симеон Полоцкий (1629-1680) был белорусом, приглашенным в Москву царем Алексеем Михайловичем. Среди других наиболее ярких представителей поэзии барокко может быть назван киевлянин Иван Величковский, а в начале XVIII в. - св. Димитрий Ростовский (1651 - 1709), Феофан Прокопович (1681 - 1736), поэт-сатирик Антиох Кантемир (1708-1744) и др. У истоков прозы эпохи барокко стоит мощная фигура протопопа Аввакума Петрова (1620-1682).

Необходимо учитывать особый статус в культурном сознании эпохи барокко грамматических учений. «Грамматику, - по выражению Ф.И. Буслаева, - полагали первою ступенью... лествицы наук и искусств». О грамматике Смотрицкого он напоминает, что «по ней учились во времена Петра Великого; она же была вратами премудрости и для самого Ломоносова. Кроме литературного и учебного значения, она доселе свято чтится между раскольниками-старообрядцами (Буслаев подразумевает ее московское издание 1648 г. - Ю.М. ), потому что в виршах или стихотворениях, приложенных к этой книге для примера, употребляется форма Исус - очевидно, для стиха и меры, вм. Иисус. Этим объясняется чрезвычайная дороговизна издания 1648 г.». Далее Буслаев откровенно смеется над таким религиозным чествованием грамматики старообрядцами, напоминая, что Смотрицкий «подчинялся папе и был униат»190 .

М. Смотрицкий, выпускник иезуитской Виленской академии, в будущем, действительно, сторонник унии с римско-католической церковью, с ранних лет соприкасался с кругами, культивировавшими типично барочные идеи, представления и теории (барокко в католических странах зародилось значительно раньше, чем на Руси, а «иезуитское барокко» было его реальным ответвлением).

Нельзя не отметить, что наше барокко было тесно связано, порою слито, с другими искусствами. Говоря по-иному, его отличал сложный художественный синтез. Например, литературный образ нередко тесно переплетается в произведениях этого времени с живописным образом.

В сфере живописи XVII в. происходили изменения, аналогичные литературным. Тут быстро складывается светская живопись - портрет, жанровая сцена, пейзаж (ранее здесь господствовала живопись религиозная - икона, фреска и т. п.). Сама иконопись эволюционирует - появляются авторы, создающие так называемые «живоподобные» иконы, и разгорается острая борьба между ними и сторонниками старой манеры191 .

Словесно-текстовые руководства для иконописцев, так называемые «Подлинники», существовавшие и ранее, приобретают новые качества настоящих произведений словесности. Говоря об этом явлении, Ф.И. Буслаев писал:

«Таким образом, более и более расширяя свои пределы, и более и более сближаясь с интересами литературными, русский художественный Подлинник нечувствительно сливается с Азбуковником, который был для наших предков не только словарем и грамматикою, но и целою энциклопедиею. Более дружественное, более гармоническое согласие интересов чисто художественных и литературных трудно себе представить после этого, так сказать, органического слияния таких противоположностей, каковы живопись и грамматика со словарем»192 .

Буслаев разбирает далее пример живописного «символизма букв» в Подлиннике «эпохи силлабических вирш» (то есть эпохи барокко. - Ю.М. ), где «на каждой странице киноварью написано в последовательном порядке по одной из букв» имени «Иисус Христос», «а под буквою помещено объяснение в силлабических виршах, а именно:

І (первая буква имени в старой орфографиии. - Ю.М.) в виде столпа с петухом на верху:

До столпа Іисус Христос наш привязанный,

Егда от мучений злых велми бичеванный.

С с изображением внутри его сребренников:

За тридесять сребреник Іисуса купили.

Дабы на прелютую его смерть осудили.

У церковно-славянское, в виде клещей:

Гвозди из рук, из ног вынимали клещами,

Егда со креста снимали руками.

С с изображением внутри его четырех гвоздей. <...>

X с изображением трости и копья, расположенных крестом. <...>

Р в виде чаши... <...>

И в виде лестницы... <...>

Т в виде креста... <...>

О в виде тернового венца... <...>

С с молотом и орудиями наказания... <...>»193 .

Живописное начало проникало в словесность и более глубоко, чем в подобных силлабических двустишиях. Так, Симеоном Полоцким, Иваном Величковским и другими авторами создан ряд стихотворений-рисунков (в виде звезды, сердца, креста, чаши и иных фигур), ими писались такие особым образом семантически выстроенные тексты, как палиндромоны, раки, лабиринты и т. п., ими применялись в образно-выразительных целях буквы разных цветов.

Вот пример «рака прекословного» у Ивана Величковского - по его выражению, стиха, «которого слова, вспак читаючися, противный (противоположный по смыслу. - Ю.М. ) текст выражают»:

Бца Со мною жизнь не страх смерти, Євва

Мною жити не умерти.

То есть: «Со мною жизнь, не страх смерти, Мною жити не умерти» (Богородица); «Смерти страх, не жизнь со мною, Умерти, нежити мною» (Ева).

На своем историческом пути русская литература со второй половины XIX в. сумела занять позиции одного из мировых лидеров. Уже И.С. Тургенева, не сговариваясь, назвали лучшим писателем Европы братья Гонкуры, Жорж Санд, Флобер. Вскоре завоевал колоссальный авторитет во всем мире как художник и мыслитель Л.Н. Толстой. Позже читатели во всем мире открыли для себя Ф.М. Достоевского, А.П. Чехова, A.M. Горького, М.А. Шолохова, М.А. Булгакова...

Вклад других славянских литератур в мировой литературный процесс не был столь глобальным. Так, писатели малороссийского (украинского) происхождения в XVIII - XIX вв. чаще всего писали на великорусском (московском) наречии, то есть стали деятелями русской литературы. Это относится к Василию Васильевичу Капнисту (1757-1823), Василию Трофимовичу Нарежному (1780-1825), Николаю Ивановичу Гнедичу (1784-1833), Алексею Алексеевичу Перовскому (1787-1836, псевдоним Антоний Погорельский), Оресту Михайловичу Сомову (1793-1833), Николаю Васильевичу Гоголю (1809-1852), Нестору Васильевичу Кукольнику (1809-1868), Алексею Константиновичу Толстому (1817-1875), Владимиру Галактионовичу Короленко (1853-1921) и др.194

Н.С. Трубецкой подметил: «Основателем нового украинского литературного языка считают Котляревского. Произведения этого писателя («Энеида», «Наталка-Полтавка», «Москаль-Чарівник», «Ода князю Куракину») написаны на простонародном малорусском говоре Полтавщины и по своему содержанию относятся к тому же жанру поэзии, в котором намеренное применение простонародного языка вполне уместно и мотивировано самим содержанием. Стихотворения наиболее крупного украинского поэта, Тараса Шевченко, написаны большей частью в духе и в стиле малорусской народной поэзии и, следовательно, опять-таки самим своим содержанием мотивируют употребление простонародного языка. Во всех этих произведениях точно так же, как и в рассказах из народного быта хороших украинских прозаиков, язык является нарочито простонародным, т. е. как бы преднамеренно нелитературным. В этом жанре произведений писатель преднамеренно ограничивает себя сферой таких понятий и представлений, для которых в безыскусственном народном языке уже существуют готовые слова, и выбирает такую тему, которая дает ему возможность употреблять только те слова, которые действительно существуют - и притом именно в данном значении - в живой народной речи»195 .

Балканские славяне, а на западе чехи и словаки на протяжении нескольких веков находились под иностранным гнетом.

У болгар и сербов не произошло параллельных русским процессов смены средневековой литературы литературой нового типа. Дело обстояло совершенно иным образом. Болгарская и сербская литература испытали более чем четырехвековой перерыв в своем развитии. Этот прискорбный культурно-исторический феномен прямо вытекает из оккупации в средневековье Балкан турецкой Османской империей.

Болгары - славянский народ, но название этого народа происходит от названия тюрского кочевого племени булгар, в VII в. н. э. под предводительством хана Аспаруха занявшего на Дунае земли семи славянских племен. На этих землях Аспарух основал свое Болгарское царство со столицей в городе Плиска. Вскоре завоеватели были ассимилированы несравненно более многочисленной славянской средой196 .

В 1371 г. болгарский царь Иван Шишман после десятилетий все более слабнущего сопротивления признал себя вассалом турецкого султана Мурада I. Затем в 1393 г. турки взяли тогдашнюю болгарскую столицу Велико-Тырново. Через три года была взята штурмом последняя опора болгарской государственности - город Видин (1396). В Софии обосновался турецкий наместник.

Сербия попала под турецкое иго после своего поражения в битве с турками на Косовом Поле (1389), то есть примерно в те же годы (на Руси на девять лет раньше состоялась битва с татарами на Куликовом поле имевшая для русских совсем иной исход).

Коренное болгарское и сербское население занималось крестьянским трудом, платило туркам непосильные налоги, но упорно сопротивлялось исламизации. Впрочем, реальная картина последующих перипетий истории обоих народов была весьма неоднозначна и сложна. Феодальные усобицы приводили к тому, что часть славян время от времени оказывалась в тех или иных военных столкновениях против христиан-католиков на стороне турок-мусульман. Применительно к сербской истории ряд фактов такого рода приводил в своей монографии «Эпос народов Югославии» И.Н. Голенищев-Кутузов, писавший:

«Таким образом, с конца XV до конца XVIII в. сербы находились в обоих лагерях, сражались за дело христианских государей и турецких султанов... не было периода, в котором сербский народ не имел бы оружия. Представление об аморфной сербской крестьянской массе... не соответствует исторической действительности. <...>

В XV - XVII столетиях в Сербии, Боснии, Герцеговине, Черногории и Далмации не было ни одной области, в которой не действовали бы гайдуки»197 .

Часть сербов и хорватов была все-таки насильственно обращена в мусульманство. Потомки их составляют ныне особый этнос, именуемый «муслиманами » (то есть «омусульманенными»)198 . У болгар и сербов уцелели некоторые православные монастыри, где продолжалось переписывание и размножение литературных текстов (книгопечатания болгары еще не знали даже в XVII в.) - на Афоне болгарский Зографский и сербский Хилендарский монастыри, а таже Троянский, Рыльский (он несколько раз был разрушен, но восстанавливался); «в монастыре Манассия возник последний центр национальной культуры сербов в Средниевека»:«Там находились мастерские, где переписывали и украшали рукописи на церковнославянском, который был и литературным языком. Сербские книжники находились под сильнейшим влиянием разрушенной болгарской школы древнеславянского языка в Тырнове»199 .

На старинную рукописную книгу угнетенный народ постепенно стал смотреть как на национальную святыню.

Болгарские и сербские священники фактически были единственными книжными (да и вообще грамотными) людьми в эту тяжелую для культур южных славян эпоху. Они нередко уезжали учиться в Россию и затем писали на языке, в котором, помимо церковнославянской основы, присутствовали не только слова из народного языка, но и русизмы200 .

В 1791 г. в Вене стала издаваться первая сербская газета «Сербские Новини ». В 1806 г. появилось первое печатное болгарское произведение «Еженедельник » Софрония Врачанского.

Болгарский монах Паисий в 1762 г. написал проникнутую стремлением к национальной независимости историю болгар, которая десятилетиями распространялась в рукописи, а издана была только в 1844 г. В Сербии и Черногории своими пламенными проповедями будил народ черногорский князь (и митрополит) Петр Петрович Иегош (1813-1851). Черногорец по происхождению и крупнейший поэт-романтик, он написал драматическую поэму «Горный венец » (Горский Вијенац, 1847), звавшую славян к единению и живописавшую жизнь черногорского народа.

В эпоху романтизма у болгар и сербов начинает складываться художественная литература. У ее истоков в Болгарии стоят поэты Петко Славейков (1827-1895), Любен Каравелов (1835-1879) и Христо Ботев (1848-1876). Это революционные романтики, яркому таланту которых проявиться в полную силу объективно мешало лишь отсутствие за их плечами необходимой национальной литературно-художественной традиции.

Под большим плодотворным влиянием русской литературы работал великий болгарский поэт, прозаик и драматург Иван Вазов (1850-1921), автор исторического романа «Под игом » (1890)201 .

Сербский поэтический романтизм представлен такими поэтами, как Джура Якшич (1832-1878) и Лаза Костич (1841 - 1910), у черногорцев - например, творчеством короля Николы I Петровича (1841-1921). В области Воеводина в городе Нови-Сад сложился центр славянской культуры. Здесь действовал замечательный просветитель Доситей Обрадович из Воеводины (1739-1811), фактический основоположник литературы нового времени.

В сербской литературе позже появился обладавший искрометным сатирическим даром драматург Бранислав Нушич (1864-1938), автор комедий «Подозрительная личность » (по мотивам гоголевского «Ревизора») (1887), «Протекция » (1888), «Госпожа министерша » (1929), «Мистер Доллар » (1932), «Опечаленная родня » (1935), «Д-р » (1936), «Покойник » (1937) и др., а также исполненной самоиронии «Автобиографии ».

Лауреатом Нобелевской премии в 1961 г. стал боснийский серб Иво Андрич (1892-1975). Среди его исторических романов следует отметить прежде всего «Мост на Дрине » (1945), «Травницкую хронику » (1945), «Проклятый двор » (1954) и др.

Чешская и словацкая литература, литературы балканских славян (болгар, сербов, хорватов, черногорцев, македонцев и др.), как и культуры этих славянских народов в целом, по существу, пережили многовековой перерыв в развитии.

Если иметь в виду чехов, эта поистине трагическая коллизия - следствие захвата чешских земель австрийскими феодалами (то есть немцами-католиками) после поражения чехов в сражении при Белой Горе в XVII в.

Средневековые чехи были мужественным и свободолюбивым народом. За полтора века до того, как реформаторское движение кальвинистов, лютеранцев и пр. раскололо католический мир, против католицизма боролись именно чехи.

Великий деятель чешской культуры, проповедник и церковный реформатор Ян Гус (1371-1415), настоятель Вифлеемской капеллы в старой части Праги, а впоследствии ректор Пражского университета, в 1412 г. резко выступил против католической практики торговли индульгенциями. Уже ранее Гус приступил к чтению проповедей по-чешски, а не на латыни. Он подвергнул критике и некоторые другие католические установления, касающиеся церковной собственности, власти папы и т. п. Писал Гус и на латинском языке, используя его знание для изобличения гнездящихся в католической церкви пороков («О шести блудах »).

Выступая как народный просветитель, Ян Гус отдавал силы и филологической работе. В своем сочинении «О чешском правописании » он предложил для латиницы надстрочные знаки, позволявшие передавать свойственные чешскому языку звуки.

Католики заманили Гуса на собор в Констанце. Он получил охранную грамоту, которая после его ареста была нагло дезавуирована на том основании, что обещания, данные «еретику», недействительны. Яна Гуса сожгли на костре (он не «реабилитирован» католической церковью по сей день). Чешский народ ответил на это злодеяние национальным восстанием.

Во главе гуситов встал дворянин Ян Жижка (1360-1424), оказавшийся замечательным полководцем. Он сражался еще при Грюнвальде, где потерял глаз. Армия Жижки отбила несколько крестовых походов, организовывавшихся католическими рыцарями против гуситов. Ян Жижка создал новый тип войска, передвигавшегося на бронированных повозках и имевшего артиллерию. Повозки, выстроенные в ряд или в круг и скрепленные цепями, превращались в крепость на колесах. Не раз гуситы спускали тяжело груженые повозки с горы, давя и обращая в бегство рыцарей, многократно превосходивших их своей численностью.

Потеряв в бою второй глаз, Жижка и слепой продолжал командовать войсками. Только когда он умер от чумы при осаде Пржибыслава, объединенным католическим силам удалось обуздать гуситское движение, наводившее страх на всю Европу более 20 лет.

В следующем XVI столетии на трон в Праге проникли австрийцы. Из них эрцгерцог Рудольф Второй Габсбург остался в истории как меценат и правитель, склонный к религиозной терпимости. При нем в Праге работали астрономы Тихо Браге и Кеплер, скрывался от инквизиции Джордано Бруно. В Чехии распространился протестантизм.

В 1618 г. протестантская Чехия восстала против власти католиков-австрийцев. Это восстание и закончилось поражением в битве при Белой Горе (1620).

Войдя в Прагу, победители устроили зверскую резню. Старательно уничтожалась славянская аристократия. Австрийцы ставили своей задачей отныне и навсегда подавить народную способность к сопротивлению. Даже гробница Яна Жижки в 1623 г. (через 199 лет после смерти полководца) была по приказу австрийского императора разорена, а его останки выброшены.

Наступила эра 300-летнего господства в Чехии австрийской династии Габсбургов (она закончилась в 1918 г. после распада Австро-Венгерской империи и создания независимой Чехословакии). Австрийские феодалы и их приспешники систематически подавляли в Чехии национальную культуру.

В Чехии уже в XIV в. существовала развитая средневековая литература на родном языке (летописи, жития святых, рыцарские романы, драматургические произведения и т. д.). На чешском языке написаны сочинения (проповеди, послания и прочие философско-богословские труды) великого реформатора Яна Гуса. Обладавший большим художественным дарованием епископ Ян Амос Коменский (1592-1670), педагог и богослов, пользовался наряду с латынью чешским языком. По-чешски написана, например, его отличающаяся высокими литературными достоинствами аллегория «Лабиринт мира и рай сердца » (1631). Однако Я. Коменский умер в изгнании в Голландии. На родине хозяйничали немцы.

В 1620 г. прервалась сама письменная традиция. Отныне чехи стали писать по-немецки, и это контролировалось победителями с поистине немецкой пунктуальностью. Особенно усердствовали победители в уничтожении славянской культуры побежденных первые полтора столетия. Проводились контрреформация, насильственная германизация; иезуиты жгли на кострах чешские книги. В итоге в прошлом независимые чехи были низведены до положения немецких крепостных (крепостное право было здесь отменено в 1848 г.). Национальное дворянство было уничтожено (уцелевшие славянские дворяне в основном старались мимикрировать в «немцев»).

В крестьянской славянской среде в века австрийского засилья продолжало подспудно развиваться устное народное творчество. Но вот писатели славянской национальности, когда они появлялись, создавали свои произведения на немецком языке. Искусство барокко в покоренных землях культивировалось средой католических церковнослужителей, не дало значительных произведений и не имело прямого отношения к культуре славян как таковых.

Лишь в конце XVIII в. патриотически настроенный филолог Йозеф Добровский (1753-1829) занялся грамматическим описанием чешского языка и вопросами чешской литературы, написав (по-немецки) ее историю, научно обосновав для чешской поэзии правила силлабо-тонического стихосложения. Заново пришлось создавать литературный язык. Н.С. Трубецкой говорит об этой ситуации так:

«Благодаря деятельности Яна Гуса и так называемых чешских братьев чешский язык к XVI в. принял совершенно оформленный вид. Но неблагоприятно сложившиеся обстоятельства прервали его дальнейшее развитие, и чешская литературная традиция на долгое время почти совершенно иссякла. Только в конце XVIII и в начале XIX в. началось возрождение чешского литературного языка. При этом деятели чешского возрождения обратились не к современным народным говорам, а к прерванной традиции старого чешского языка конца XVI в. Разумеется, язык этот пришлось несколько подновить, но все же благодаря этому примыканию к прерванной традиции новочешский язык получил совершенно своеобразный облик: он архаичен, но архаичен искусственно, так что элементы совершенно различных эпох языкового развития в нем уживаются друг с другом в искусственном сожительстве»202 .

Практическое следствие этого в том, что литературный чешский язык резко отличается от разговорного. Научившись бегло читать произведения чешской литературы, иностранец неожиданно сталкивается с тем, что не понимает живой речи чехов, а те не понимают его при попытках общения.

Творчество по-чешски начали поэты-романтики Франтишек Челаковский (1799-1852), Вацлав Ганка (1791-1861), Карел Яромир Эрбен (1811-1870) и др. Стали переиздаваться старочешские литературные памятники.

Во второй половине XIX в. в Чехии появился самый яркий поэт и прозаик периода национального возрождения Сватоплук Чех (1846-1908).Его вызывающе смелые «Песни раба » (Pisně otroka ) звали чешский народ к борьбе за свободу. Исторические поэмы из славного чешского прошлого отличались богатой сюжетностью и также пользовались большим читательским успехом. Сатирические романы «Подлинное путешествие господина Броучека на Луну » («Pravy vylet pana Broučka do Měsice », 1888) и «Новое эпохальное путешествие господина Броучека, на этот раз в пятнадцатое столетие » («Novy epochalni vylet pana Broučka, tentokrat do patnacteho stoleti », 1888) предвосхищали сатирическую прозу Я. Гашека и К. Чапека203 .

Современник С. Чеха Алоис Ирасек (1851 - 1930) начинал как поэт, но,перейдя на прозу с сюжетами из чешской истории, стал классиком национальной литературы (писал и исторические драмы). Он создал цикл романов о гуситах «Между течениями » (Mezi proudy, 1887-1890), «Против всех » (Proti vsem, 1893), «Братство » (Bratrstvo, 1898-1908); пьесы о Яне Гусе и Яне Жижке.

В Чехословакии, образовавшейся после окончания Первой мировой войны, был популярен сатирик и юморист Ярослав Гашек (1883-1923) с его антивоенным романом «Похождения бравого солдата Швейка » (Osudy dobreho vojaka Švejka za světove valky, 1921-1923). Гашек был коммунистом и участником гражданской войны в России, что способствовало его известности в СССР.

Карел Чапек (1890-1938), драматург и прозаик, прославившийся пьесами «Средство Макропулоса » (Vec Makropulos, 1922), «Мать » (Matka, 1938), «R .U.R. » (Rossumovi Univerzalni Roboti, 1920) и др., романов «Фабрика абсолюта » (Tovarna na absolutno, 1922), «Кракатит » (Krakatit, 1922), «Гордубал » (Hordubal, 1937), «Метеор », «Война с саламандрами» (Valka s mloky, 1936) и др. Наряду с поляком С. Лемом Чапека можно признать классиком философской фантастики. Карел Чапек умер, тяжело пережив Мюнхенский сговор, отдававший его родину во власть немцев.

Столетия рабской зависимости от немцев, по всей видимости, не прошли для чехов как нации бесследно, приучив их покорно воспринимать превратности судьбы. Как известно, Гитлер в 1939 г. в Польше встретил отчаянное сопротивление. Годом раньше фашистские войска вторглись в Чехию почти без единого выстрела. Чехия - на тот момент мощная индустриальная страна, имевшая прекрасную оборонную промышленность и сильную армию, обладавшую самым современным оружием (гораздо более сильную, чем польская армия), сдалась немцам. (Впоследствии чешские танки воевали в годы Великой Отечественной войны против СССР, да и солдаты-чехи изобиловали в армии Гитлера.)

В 1938 г. кое-кто в Чехии обреченно ощутил, что вернулись привычные хозяева - немцы... Об этих драматических днях напоминает стихотворение от всей души любившей Чехословакию Марины Цветаевой «Один офицер ». Этому своему произведению русская поэтесса предпослала следующий эпиграф:

«В Судетах, на лесной чешской границе, офицер с двадцатью солдатами, оставив солдат в лесу, вышел на дорогу и стал стрелять в подходящих немцев. Конец его неизвестен (Из сентябрьских газет 1938 г. )».

Цветаева пишет:

Чешский лесок -

Самый лесной.

Год - девятьсот

Тридцать восьмой.

День и месяц? - вершины, эхом:

День, как немцы входили к чехам!

Лес - красноват,

День - сине-сер.

Двадцать солдат,

Один офицер.

Крутолобый и круглолицый

Офицер стережет границу.

Лес мой, кругом,

Куст мой, кругом,

Дом мой, кругом,

Мой - этот дом.

Леса не сдам,

Дома не сдам,

Края не сдам,

Пяди не сдам!

Лиственный мрак.

Сердца испуг:

Прусский ли шаг?

Сердца ли стук?

Лес мой, прощай!

Век мой, прощай!

Край мой, прощай!

Мой - этот край!

Пусть целый край

К вражьим ногам!

Я - под ногой -

Камня не сдам!

Топот сапог.

Немцы! - листок.

Грохот желез.

Немцы! - весь лес.

Немцы! - раскат

Гор и пещер.

Бросил солдат

Один - офицер.

Из лесочку - живым манером

На громаду - да с револьвером!

Понесена

Добрая весть,

Что - спасена

Чешская честь!

Значит - страна

Так не сдана,

Значит - война

Все же - была!

Край мой, виват!

Выкуси, герр!

Двадцать солдат.

Один офицер.

Последствия перерыва в культурно-историческом развитии на протяжении XVII-XVIII вв. видны уже по тому наглядному факту, что чешская литература, к сожалению, мало проявила себя на международном уровне. Однако писатели, подобные А. Ирасеку и К. Чапеку, и другие переводимые на иностранные языки авторы достойно несут ее идеи и темы в самые разные страны. С огромной симпатией относятся к чешской литературе российские читатели.

Земли словаков еще в раннем средневековье оказались в составе Венгрии, феодальные власти которой неизменно и жестоко подавляли словацкую национальную культуру. Однако в XVI в. венгры утратили национальную независимость. В Венгрии был введен немецкий язык, и местным феодалам самим пришлось несладко. Вместе с давними своими угнетателями, венграми, словаки угодили под скипетр австрийской династии Габсбургов, вскоре поглотившей и чехов. Нюанс в том, что для словаков при этом подчинении их австрийцам, т. е. немцам, ослабло жестокое господство над ними венгров, против которых словаки веками боролись204 . Кроме того, в отличие от чехов словаки были католиками, как и австрийцы, - то есть здесь не было религиозного противостояния. И сегодня заметное большинство граждан образованной в 1993 г. Словацкой республики - католики (почти все прочие - протестанты, как в Чехии).

(Впервые Словацкое государство создавалось - из политических соображений - нацистской Германией после захвата ею Чехословакии. После освобождения чехов и словаков советскими войсками была восстановлена (в качестве социалистической) единая Чехословацкая Республика. Иными словами, в период 1918-1993 гг. Словакия почти всегда была в составе Чехословакии. )

На словаков немалое влияние оказали чешская культура в целом и литература, в частности. С XVI в. с чешской культурой особенно интенсивно контактовали те словаки, которые стали протестантами. В этой среде охотно писали по-чешски - например, поэты Юрай Палкович (1769-1850), автор книги стихов «Муза словацких гор» (1801), и Богуслав Таблиц (1769-1832), один за другим издававший свои сборники «Поэзия и записи» (1806-1812). Таблиц издал и антологию словацкой поэзии XVIII в. «Словацкие стихотворцы» (1804) - тоже на чешском языке.

В католических словацких кругах в конце XVIII в. была сделана филологически интересная попытка создания системы словацкого правописания (так называемой «бернолаччины» - по имени ее создателя, словацкого католического священника Антонина Бернолака (1762-1813). На «бернолаччине» был издан ряд книг. Хотя впоследствии эта громоздкая система так и не прижилась, Бернолак привлек усилия национальных культурных деятелей к созданию словацкого литературного языка. Впрочем, Н.С. Трубецкой сделал зоркое и емкое наблюдение:

«Несмотря на стремление основателей и главных деятелей словацкой литературы отмежеваться от чешского языка, примыкание к чешской литературно-языковой традиции для словаков настолько естественно, что противоборствовать ему невозможно. Отличия словацкого и чешского литературных языков главным образом грамматические и фонетические, словарный же состав обоих языков почти одинаков, особенно в сфере понятий и представлений высшей умственной культуры»205 .

По-словацки стал писать стихи Ян Коллар (1793-1852), создававший оды, элегии, написавший патриотическую поэму «Дочь Славы » (1824).

Словаком по национальности был один из крупнейших филологов славянского мира Павел Йозеф Шафарик (1795-1861). Долгие годы живя в Праге, писал он в основном по-чешски. Наиболее известный его труд - «Славянские древности » (1837).

Филолог и философ-гегельянец Людевит Штур (1815-1856) в 30-х годах XIX в. возглавил в Братиславском лицее кафедру чехословацкой литературы. Он пропагандировал верность писателя духу народа, который преломлен в устном народном творчестве.

Под влиянием идей Штура творили поэт-романтик Янко Краль (1822-1876), для которого характерны бунтарские мотивы (например, цикл его стихотворений о «словацком Робин Гуде» разбойнике Яношике) и прозаик Ян Калинчак (1822-1871), писавший исторические повести о борьбе славян за независимость - «Бозковичи » (1842), «Могила Милко » (1845), «Князь Липтовский » (1847) и др.

По сути, названные авторы и некоторые их современники сыграли роль родоначальников молодой (по историческим масштабам, и полтора века спустя все еще довольно молодой) словацкой литературы. Эта литература полна свежих сил, но ее выход на широкую международную арену - дело будущего.

Польский народ столетиями развивал свою культуру в собственном государстве. В конце XIV в. польская королева Ядвига вышла замуж за литовского короля Ягайло (впоследствии военно-политического руководителя Грюнвальдской битвы). Великое княжество литовское при этом сохранило автономию, однако менее чем через столетие (28 июня 1569 г.) состоялась Люблинская уния, по которой Польша и Литва стали уже единым государством. В зависимость от поляков-католиков вследствие этой унии попали православные белорусы и украинцы.

Через несколько лет королем Польши был избран католик-венгр Стефан Баторий (1533-1586), который повел решительные военные действия против православной Руси Ивана IV. Параллельно католицизм активизировал свое конфессиальное наступление на православие.

В 1574 г. иезуит Петр Скарга (1536-1612), крупный польский католический деятель, опубликовал свою известную книгу «О jednośći Kośćtioła Bożego » («О единстве Церкви Божией и о греческом от этого единства отступлении»), в которой обвинял православных священников в том, что они женятся и потому погружены в греховную мирскую жизнь, а также плохо знают латынь и потому не отличаются необходимой богословской ученостью. Особенно же он напал на церковнославянский язык, утверждая, что с ним «никто ученым стать не может». Церковнославянский якобы не имеет правил грамматики, и его тоже везде плохо понимают. Этой удручающей картине Скарга противопоставлял, естественно, католицизм с его латынью - в которой, надо признать, были изощренно развиты различные приемы логической схоластики и интеллектуальной софистики.

Отвечая Петру Скарге, афонский инок украинец Иван Вишенский (1550-1623) указывал на богодухновенность церковнославянского языка, «плодоноснейшего от всех языков», но именно потому ненавидимого диаволом, который «толикую зависть имает на словенский язык». Этот язык «Богу любимейший: понеже без поганских хитростей и руководств, се же есть, грамматик, риторик, диалектик и прочиих их коварств тщеславных, диявола всеместных»206 .

В 1596 г. католические церковные круги при поддержке властей Польши провели в жизнь религиозную унию. По этой, так называемой Брестской, унии живущие в Польше православные подчинялись Римскому папе, хотя сохраняли право вести религиозную службу по-церковнославянски.

Малороссийские и белорусские народные массы унию не приняли. Во многом именно уния толкнула украинский народ на серию вооруженных выступлений против владычества поляков. В конце концов эту борьбу возглавил Богдан Михайлович Хмельницкий (1595-1657) - кошевой атаман войска запорожского, впоследствии гетман Украины.

Прибывший в его ставку константинопольский патриарх призвал Хмельницкого создать православное государство, а унию упразднить. Однако гетман понимал, что в его войне с поляками силы слишком неравны, и после крупных военных поражений собрал 8 января 1654 г. в Переяславле раду, на которой народ поддержал его намерение перейти в подданство «царя московского». С Переяславской рады берет начало воссоединение украинцев и русских, продолжавшееся до конца 1991 г., то есть почти до наших дней.

Польша же пережила в XVII - XVIII вв. ряд тяжелых катаклизмов. Уже через несколько лет после Переяславской Рады ее буквально залил так называемый «потоп» - нашествие шведов. От него страна уже не оправилась. В 1703 г. шведы Карла XII опять заняли Польшу, взяли Варшаву и даже посадили королем своего ставленника Станислава Лещинского.

В XVIII в. неблагоприятные для Речи Посполитой обстоятельства все более умножались. С растущей агрессивностью отстаивавшая свои «демократические права» шляхта вступила в борьбу с королем Станиславом Понятовским, которого поддерживала Россия, и образовала против него «конфедерацию». Король попросил Россию о помощи. В итоге весьма бурных событий состоялись так называемые первый и второй разделы Польши между Россией, Австрией и Пруссией.

В 1794 г. польские конфедераты во главе с выдающимся полководцем Тадеушем Костюшко (1746-1817) были наголову разбиты Александром Васильевичем Суворовым (1730-1800), и произошел третий раздел Польши. Польша как государство перестала существовать. Для поляков как самобытной славянской нации это было трагедией.

В польской литературе были и есть всемирно известные авторы (Адам Мицкевич, Генрик Сенкевич, Станислав Лем, Чеслав Милош, Вислава Шимборска и др.).

Польская светская художественная литература вышла за пределы «католического эсперанто» (латинского языка) в XVI в. Н.С. Трубецкой пишет:

«Язык старопольский стал литературным гораздо позднее чешского, и так как между Польшей и Чехией существовало довольно оживленное культурное общение, а польский и чешский языки в XIV в. были фонетически и грамматически гораздо ближе друг к другу, чем в настоящее время, то неудивительно, что в начале своего литературного существования старопольский язык испытал на себе чрезвычайно сильное чешское влияние. В своей основе старопольский литературный язык развился из разговорного языка польской шляхты, и эта его связь с определенным сословием, а не с определенной местностью сказалась в том, что он с самого своего начала не отражал в себе никаких специфически местных, диалектических черт и никогда не совпадал ни с одним местным народным говором: в то время как, например, русский литературный язык в отношении произношения может быть определенно локализован в области средневеликорусских говоров, польский литературный язык вовсе не поддается локализации на диалектической карте этнографической Польши. Литературная традиция польского языка с XIV в. никогда не прекращалась, так что в отношении продолжительности и непрерывности литературной традиции польский язык среди славянских литературных языков занимает следующее место после русского»207 .

Польский язык успешно использовал поэт Николай Рей (1505-1569), автор морализаторских стихов (сборник «Зверинец », 1562) аллегорической поэмы «Подлинное изображение жизни достойного человека, в котором, как в зеркале, каждый может легко обозреть свои поступки » (1558), книги коротких шуточных стихов («фрашек ») «Забавные истории »(1562) и др. Ян Кохановский (1530-1584) был крупнейшим поэтом своего времени, автором таких дидактических по тональности произведений, как «Сусанна » (1562), «Шахматы » (1562-1566), «Согласие » (1564), «Сатир » (1564) и др. Мало успевший написать поэт Сэмп Шажиньский (1550-1581) считается своеобразным предшественником польского барокко. Один из наиболее известных представителей барокко в Польше - Ян Анджей Морштын (1621-1693), в творчестве которого поляки усматривают влияние крупного деятеля итальянского бароккко Дж. Марино (1569-1625).

Став в конце XVIII в. частью Российской империи, славянская Польша испытала сильное и плодотворное культурно-историческое воздействие со стороны своих русских братьев. Применительно к литературе этот факт бесспорно запечатлен в творчестве классика польского романтизма Адама Мицкевича (1798-1855), бывшего личным другом А.С. Пушкина и ряда современных ему русских писателей. Сопоставление произведений Мицкевича и Пушкина не раз позволяет почувствовать, что творческие искания этих двух великих современников (и одновременно лидеров двух славянских литератур) были во многом параллельны друг другу (они даже оба жили в Одессе, Москве и Петербурге, оба любили эти города).

«Крымские сонеты » («Sonety krymskie», 1826) А. Мицкевича созвучны пушкинским стихам южного периода. В свою очередь, А.С. Пушкин блестяще перевел некоторые стихи Мицкевича («Будрыс и его сыновья », «Воевода »). Великолепны эпические поэмы Мицкевича «Конрад Валленрод » (1828) и «Пан Тадеуш » (1834). В 1834 г. поэт закончил и драматическую поэму «Дзяды » (еехудожественно наиболее сильную 3-ю часть), проникнутую мистико-фантастическими мотивами и мотивами польского язычества, после этого, к сожалению, почти перестав слагать стихи. А. Мицкевичу принадлежит много сонетов, романсов, лирических стихотворений и баллад. Писал он и своеобразную романтическую прозу.

Среди польских поэтов следующих поколений выделяются прежде всего Юлиуш Словацкий (1809-1849), выступавший также как драматург, и трагичный Циприан Норвид (1821-1883), мало опубликовавший при жизни поэт-лирик и поэт-философ.

Во второй половине XIX в. в Польше созрела целая плеяда замечательных прозаиков.

Юзеф Игнацы Крашевский (1812-1887) писал прозу, стихи и пьесы, оставив более 500 томов сочинений (один из самых плодовитых европейских писателей), но более всего его прославили 88 исторических романов. В их ряду выделяются «Графиня Козель » (1873), «Брюль » (1874), «Старое предание » (1876) и др. Среди крупнейших польских прозаиков XIX в. именно Крашевский первым стал систематически поэтизировать историческое прошлое Польши, в конце XVIII в. утратившей государственную независимость и расчлененной.

Крашевский жил в той (основной) части бывшей Речи Посполитой, которая отошла к России, и был современником И.С. Тургенева, Ф.М. Достоевского, Н.С. Лескова и других крупнейших русских прозаиков. С 1868 г.мыслящее человечество все более широко знакомилось с великим романом Л.Н. Толстого «Война и мир», повлиявшим на творчество исторических романистов в самых разных странах (как это ранее сумел осуществить своим творчеством в начале XIX в. романтик Вальтер Скотт). Романы Крашевского заложили мощную традицию исторической прозы в польской литературе.

Александр Гловацкий (1847-1912), писавший под псевдонимом Болеслав Прус, любил шутить, что употребляет псевдоним, так как стесняется выходящих из-под его пера глупостей. Несмотря на такую ироническую самокритичность, Прус был мастером пера. Начав как писатель-юморист, он затем прославился реалистическими романами и повестями «Форпост » (1885), «Кукла» (1890), «Эмансипантки » (1894) и др., а также замечательным историческим романом «Фараон » (1895).

Прозаик-классик, лауреат Нобелевской премии Генрик Сенкевич (1846-1916) также был сосредоточен прежде всего на изображении великого прошлого Польши. Романы «Огнем и мечом » (1883-1884), «Потоп » (1884-1886), «Пан Володыевский » (1887-1888) составляют трилогию, посвященную воинским подвигам польской шляхты былых времен (в романе «Огнем и мечом» поляки сражаются с украинскими братьями, возглавляемыми гетманом Богданом Хмельницким). Исторический роман «Камо грядеши » («Quo vadis»), писавшийся в 1894-1896 гг., переносит действие в первые века христианства (времена правления императора Нерона).

Лучший роман Сенкевича «Крестоносцы » (1900) изображает Польшу грани XIV-XV вв. Сюжетное действие разрешается Грюнвальдской битвой, в которой объединенные силы славянства нанесли сокрушительное поражение Тевтонскому ордену.

Стефан Жеромский (1864-1925), писавший прозу и пьесы, прославился прежде всего историческим романом из эпохи наполеоновских войн «Пепел » (Popioły, 1904). Среди других его произведений (как правило, пронизанных пессимистическими интонациями) выделяются роман «История греха » (Dzieje grzechu, 1908) и трилогия «Борьба с сатаной » (Walka z szatanem, 1916-1919).

Творчество прозаика и драматурга Станислава Пшибышевского (1868-1927), фактического лидера польского модернизма начала XX в., ценили русские символисты. Он создавал романы, пьесы, поэмы в прозе, эссе и т. п. Многие произведения Пшибышевский написал по-немецки (он вырос в прусской части Польши), переводя затем сам себя на польский язык. Сюда относятся «Homo Sapiens », «Дети сатаны », «De profundis » и др.

В первые десятилетия XX в. в Польше составилась и яркая поэтическая плеяда. К ней относились поэты Болеслав Лесьмян (1877-1937), Леопольд Стафф (1878-1957), а также более молодые авторы, образовавшие группу «Скамандр» - Юлиан Тувим (1894-1953), Ярослав Ивашкевич (1894-1980), Казимеж Вежиньский (1894-1969) и др. Примыкал к этой группе революционный поэт-романтик Владислав Броневский (1897-1962).

Замечательно талантлив был один из крупнейших польских поэтов XX в. Константы Ильдефонс Галчиньский (1905-1953) - чудесный лирик, но притом автор ироничный, склонный к фантастике и гротеску, при случае яркий и сильный сатирик. Довоенная лирика Галчиньского в основном объединена в «Utwory poetyckie » (1937). Взятый немцами в плен, поэт провел годы Второй мировой войны в лагере для военнопленных, где подорвал здоровье. После войны Галчиньский опубликовал книги стихов «Заколдованные дрожки » («Zaczarowana dorożka», 1948), «Обручальные кольца » («Ślubne obrączki», 1949), «Лирические стихи » («Wiersze liryczne», 1952), поэму «Ниобея » («Niobe», 1951) и поэму о средневековом польском скульпторе «Вит Ствош » («Wit Stwosz», 1952). В послевоенные годы поэт много работал как сатирик - создал стихотворный цикл «Письма с фиалкой » («Listy z fiołkiem», 1948).

Есть основания считать, что К.И. Галчиньский, творчество которого отмечено чертами гениальности, был вообще последним по хронологии великим польским поэтом. У авторов последующих поколений в основном возобладали модернистские умонастроения, творчество приобрело довольно рационалистический характер208 .

Сказанное приходится отнести даже к таким крупным фигурам, как получивший Нобелевскую премию (1980) польско-литовский поэт Чеслав Милош (1911-2004), с 1951 г. пребывавший в эмиграции, и Тадеуш Ружевич (1921) с его жесткой программой экономии образных средств (отказ от рифмы, стихотворного ритма и т. п., то есть переход на верлибр, отказ от метафорики и пр.). Еще более показательно в данном плане творчество известных поэтов более поздних поколений - например, Станислава Бараньчака (1946), выступающего параллельно писанию стихов в качестве теоретика литературы, и Вальдемара Желязного (1959).

В 1996 г. Нобелевскую премию по литературе присудили польской поэтессе Виславе Шимборской (1923). Этот акт несколько запоздалого официального признания побуждает указать на данную поэтессу как на женщину-классика современной польской литературы.

Подлинной гордостью современной польской культуры является многогранное творчество Станислава Лема (1921-2006). С 1961 г., когда один за другим были изданы его фантастические романы «Солярис », «Возвращение со звезд », «Дневник, найденный в ванне » и «Книга роботов », стало ясно, писатель каких масштабов (прозаик, философ-эссеист, критик) появился в одной из славянских стран. С. Лем был новатором, обновившим систему жанров родной литературы. Известное во всем мире и широко повлиявшее на мировую литературную фантастику творчество Лема имеет огромное художественное значение.

Если обобщить все вышесказанное, то глубоко очевидно, что славянский мир внес мощный вклад в мировую словесную культуру. Славянами созданы важнейшие литературные памятники средневековья. Славянские писатели (прежде всего русские) уверенно занимают лидерские позиции на ряде направлений мирового литературного развития.

← Вернуться

×
Вступай в сообщество «parkvak.ru»!
ВКонтакте:
Я уже подписан на сообщество «parkvak.ru»